И Антак указал на меня. Ой, как мне стало неудобно! Отказаться, что ли? Или раньше надо было? Но не хотелось оставлять голодающий народ, бросать на произвол судьбы. Хотелось помочь. Тем более что мне это абсолютно ничего не стоило. Разве что каждодневно терпеть полные надежды, обожания и… нетерпения взгляды Антака
- Пошли! — кивнул я. — Веди нас… министр продовольствия.
- Подождите! — вмешался лорд-сенешаль. — А как быть с лошадьми? Лошади там пройдут?
Антак беспомощно посмотрел на меня. А чем я ему мог помочь?
- Про лошадей я не подумал! — сознался он. — Тропа очень узкая.
- Лошадей придётся оставить! — заявил лорд-сенешаль.
- Зачем же оставлять? — возразил Демян. — Мы с ними пойдём через перевал. Антак, ты предупредишь своих, чтобы по нам не стреляли?
- Конечно!
- Пикон, ты со мной? — предложил Демян.
- Разумеется, — отозвался Пикон. — Куда же я без тебя?
С ними вызвались идти ещё двое из моих бывших охранников — Седр и Лукен. Они заявили, что боятся плутать под землёй.
- Там не совсем под землёй, — возразил Антак, но они отказались.
- Вчетвером мы лучше управимся с лошадьми, — согласился Демян.
- А ты найдёшь отсюда перевал? — спросил его Антак.
- Я бывал в этих местах! — усмехнулся тот. — Мы пытались сопровождать сюда делегацию короля, но ваши не пропустили.
- Я об этом ничего не слышал, — покачал головой Антак.
- Так это было в позапрошлом году! А ты уже служил в охране каменоломни.
- Да-да, это так!
Мы препоручили лошадей четвёрке наших временных коноводов, а сами выстроились цепочкой за Антаком: я, лорд-сенешаль, Илиадор, Донаст — и ещё четверо стражников: двое из моей бывшей охраны и двое из охраны каменоломни.
И Антак повёл. В том нагромождении скал, валунов, трещин и ложных ущелий разобраться никто из нас, кроме него, не смог бы. А сам вход в ущелье напомнил мне фильм «Золото Маккены», только без противоречащего здравому смыслу целеуказанию на вход удлиняющейся тенью при поднимающемся солнце. Антак просто свернул за особенно большой валун и показал на узкую расселину в скале, куда лошадь ещё смогла бы войти, но с трудом, а вот всадник верхом на лошади — вряд ли. А уж мой возок тут не пролез бы ни за что и ни под каким видом!
- И почему ты молчал, когда мы спорили про кибитку? Оставить или выбросить? — вполголоса спросил я, пока остальные подтягивались. — Если уж лошадь здесь не пройдёт, то кибитка и подавно!
- Я сомневался: надо ли раскрывать тайну этого секретного хода? — так же тихо ответил он. — А через перевал кибитка легко прошла бы. Там по верху.
Мы углубились в проход. Он начался как обычный подземный или, вернее, подскальный ход — или вход в пещеру. Точнее сказать не могу, я не спелеолог. То есть с каждым шагом становилось всё темнее и темнее. Но буквально через несколько шагов потолок рассекла тонкая трещина, которая потом расширилась, и стало вполне ощутимо светло. И дальше подобные участки принялись чередоваться пусть и нерегулярно, но достаточно для того, чтобы не пользоваться светильниками в дневное время.
Местами, чувствовалось, к проходу приложили умелые руки с подходящими инструментами: на стенах и потолке виднелись сколы и следы кирок и ломов. Кое-где они складывались в непонятные значки, и тогда Антак сворачивал в кажущиеся тупиковыми проходы, но в которых открывалось новое свободное пространство.
- Стоп! — он поднял руку, сделал несколько шагов вперёд и, приложив ладони ко рту рупором, прокричал что-то на непонятном языке. Издалека донёсся ответный возглас.
Антак улыбнулся:
- Там мои друзья! — и сделал шаг вперёд.
Я шагнул сразу же вслед за ним. И, наверное, поэтому успел услышать теньканье тетивы и посвист стрелы — теперь уже разворачивающейся и уносящейся обратно к выстрелившему. А всё потому, что успел прикрыть Антака собой — даже и не по какому-то наитию, а просто так, на всякий случай. Мне-то по-любому никто не мог причинить никакого вреда. А вот Антаку, похоже, собирались. А может, изначально стреляли в меня? Поэтому я и успел прикрыть его?
Потому что при виде меня сидевшие в засаде лучники что-то завопили — и сразу же я услышал множественное теньканье тетив и множественные же посвисты стрел. Но я успел прикрыть собой Антака и теперь стоял, раскинув руки в стороны, полностью перекрывая проход и являясь идеальной мишенью: от меня до воздвигнутой поперёк туннеля баррикады оставалось не более пятидесяти метров.