Эти же мыши летели, будто немецкие бомбардировщики времён Второй мировой войны, либо же американские — на бомбёжку Вьетнама.
И каждая сжимала в лапах здоровенный булыжник! Почти валун, величиной чуть ли не с них самих. И как они тащат такую тяжесть? Наверняка без магии не обошлось! Но почему со стороны королевства? Там ведь инквизиция борется с магией! Или борется таким образом, чтобы не давать ею пользоваться никому, а для себя сделали исключение? Знакомо, знакомо…
Нам повезло, что я именно сегодня вышел на берег реки, а она текла в отдалении от селения. И у меня имелось около пяти минут, чтобы принять решение и попытаться хоть как-то воспрепятствовать разрушению домов и гибели людей.
«Так! — принялся лихорадочно рассуждать я. — Что у меня имеется в наличии? Зенитной артиллерии нет, истребителей нет… воздушная магия… тоже отсутствует — эти маги тоже первыми улетели из королевства на наколдованных воздушных вихрях… или другим способом. Магия воды… Намочить им крылья? Это не птицы, может и не сработать. Но можно и попробовать!».
По-быстрому намагичив парочку тучек и подвесив их над тяжело летящими гарпиями — пусть по сути, а не по виду, но какая разница? — я попытался сбрызнуть медленно машущих крыльями агрессоров каплями воды, но с огорчением увидел, что восходящие над горами потоки… а потом и нисходящие… разметали мои тучки, разорвав кусками.
Да, воздух и вода — ненадёжные стихии! А вот земля… Она-то никуда не денется!
И я принялся за работу. Однако летучие мыши уже почти долетели до окраины селения. Вот сейчас они раскроют лапы, будто бомболюки, сбросят камни, и, освобождённые, взмоют в воздух… А камни продолжат падение по параболе, устремляясь к земле. А внизу — дома, люди…
И я резко увеличил силу притяжения! На всей площади подлёта летучих мышей. Камни вырвались из лап мышей, никак не ожидавших такой подлянки со стороны земного тяготения, и со свистом устремились вниз. А вслед за ними, отчаянно пытаясь затормозить крыльями и потому беспорядочно взмахивая ими, полетели и мыши!
Без привычки мало у кого получилось удержаться в воздухе. Большинство мышей шлёпались с размаху о землю, ломая крылья и лапы, шипя и визжа от неожиданности и страха. Воздух наполнился ультразвуковыми воплями, неприятно даванувшими на барабанные перепонки.
Так я, выходит, воссоздал на подконтрольной мне территории шикарную «комариную плешь»! Вот пусть инопланетные существа и познакомятся с новейшими (ну, это относительно) достижениями современной фантастики (а что, в «Сталкере» — он же «Чернобыльская Зона» — до сих пор этот артефакт эксплуатируется!).
Я поспешил к месту падения ближайшей мыши, за небольшим холмиком. По иронии судьбы это оказался главарь — я так определил его для себя, — самый большой мыш с огромными лопушистыми ушами. «Большой ушан», — классифицировал я его, вспомнив те же передачи «В мире животных». Но, разумеется, никаким большим ушаном он не был. И летучей мышью — тоже не был.
Потому что когда я приблизился к нему, распластанному на земле, придавленному как минимум десятикратной перегрузкой — на меня моя магия, разумеется, не действовала, — то с удивлением… хотя почему с удивлением? нечто подобное я и предполагал… увидел перед собой изо всех сил пытающегося подняться и встать на ноги… вампира.
О как! Так они ещё подзаправиться на обратный путь предполагали? Но наткнулись в полёте на птицу обломинго…
- Какая встреча! — радостно завопил я, разводя в стороны руки, будто желая удавить вампира в объятиях. Что было недалеко от истины.
- Мы разве знакомы? — пробормотал вампир, становясь на четвереньки и (перетекая) приобретая классическую коленно-локтевую позу. Ну и извращенец, однако! Он что, пытается таким образом соблазнить меня? Показать, так сказать, знаменитую вампирскую магию обольщения?
- Нет-нет, мне этого не надо! — замахал я руками.
- Что именно? — не понял он, но потом до него дошло и он покраснел.
Краснеющий вампир — это нечто! Ослепительно белое лицо — и чёткие красные «яблочки» на щеках. Ну точь-в-точь писаная красавица из сказочных фильмов Александра Роу.
- Я пытаюсь встать… — пробурчал он. — Сними свою магию!
- Ага, щас! — отозвался я. — Чтобы ты меня съел?