Я набил ему морду с удовольствием. Никогда не замечал за собой ничего подобного! А тут, гляди ты, прорезалось!
Тут подбежала и стража — прошлый раз она где-то замешкалась.
Я разбросал и этих — кого просто так, кого с помощью магии — и бросился наутёк.
Но выйти из здания мне не позволили: схватили в вестибюле. Да, что-то я переусердствовал со своей безнаказанностью…
И магия не помогла. А как она могла помочь, когда нападавшие использовали контрмагию? И ни одного пинка или удара с их стороны, которые я мог бы хоть как-то использовать!
- Отправьте его… в Зверинец! — скомандовал Главный Инквизитор, промакивая платочком ссадины на лице.
О, да я ему и бровь рассёк! Маловато, маловато… Всё-таки надо было его убить! Нет, ну до чего же я гуманный, аж противно!
- Хотя… постойте! — окрик Главного Инквизитора застал нас уже спускающимися по ступенькам центрального входа. И не поленился же на улицу выскочить! — Отправьте его на гильотину!
- Но… ваше… — пробормотал конвоир слева. — Он же… нас же предупреждали!
- А я останусь здесь! — высокомерно произнёс Главный Инквизитор. — Туплак же… заодно и проверим, на кого или на что действует его магия!
- А если… — с сомнением произнёс тот же конвоир.
- А если не получится — тогда в Зверинец! — приказал Главный.
- Да мне-то что… — пробурчал конвоир. — Моё дело предупредить… И, это… — он подёргал меня за руку и прошипел: — Парень, ты знай: я против! И против Зверинца и против гильотины!
- Боишься? — ухмыльнулся второй конвоир.
- Боюсь! — признался первый. — И тебе бы лучше бояться. Не слыхал, что ли, что Лашкут рассказывал?
- Слыхал, но не верю!
- Ну, твоё дело…
Меня вернули назад по ступенькам, провели через вестибюль, который уже замывали от следов крови молчаливые уборщики в одинаковых серых робах, и провели на задний двор. Хотя, при отсутствии переднего двора, какой тут может быть задний?
Посреди двора стояла гильотина. Нет, разумеется, здесь она называлась совсем иначе — маловероятно, что и здесь имелся свой доктор с таким же именем: Гильотен, — но мой «автопереводчик», которым я был награждён в момент своего перехода сюда, устроил именно такую аналогию. Собственно говоря, как и со всеми остальными словами.
А то, что артикуляция губ при произношении почти никогда не совпадала со слышимым мной звучанием — так вспомните, часто ли вы «заглядываете в рот» собеседнику и сравниваете, то ли он сказал, что вы услышали? Хотя тут-то порой это и является наиболее важным.
Но конструкция гильотины оказалась схожей до мельчайших подробностей. Ну, может, угол заточки лезвия показался мне чуть-чуть другим, но это ведь такие мелочи! Да и сам Гильотен вряд ли патентовал своё изобретение именно в плане угла заточки. Хотя всё может быть.
Да, не так бы я хотел познакомиться с культурой Франции!
- Я не буду! — сразу же отказался левый конвоир, едва меня подвели к гильотине.
- Ну, и не надо! — усмехнулся правый. — мы с Туплаком справимся. Вся премия мне достанется! И я тебе сегодня наливать не буду, имей в виду.
- Да я тебе сам налью… если живой останешься! — в сердцах произнёс левый, уступая своё место звероватого вида детине с таким мертвенно-безразличным выражением лица, что мне сразу вспомнились строки Стругацких: «Они пилили мне ногу и ругали начальство, низкую зарплату…». Но мне, в отличие от рассказчика, страшно не было: нет, лёгкий испуг присутствовал — мало ли что… Когда тебя постоянно убивают, к этому всё равно трудно привыкнуть.