Начальник охраны стиснул зубы, чтобы не разразиться ругательствами. Тем временем женщина, которая находилась в нескольких шагах от него, скрылась из виду. Исчезла в мгновение ока.
«Сквозь землю она провалилась, что ли?»
Имей он дело с призраком, это не вызывало бы недоумения. Но женщина выглядела совершенно живой и даже разрумянилась от прогулки по лесу. Где же она?
Словно в ответ на его вопрос, женщина вдруг встала, держа в вытянутой руке какую-то палку. Ну вот, все объяснимо. Она присела на корточки, и Лавров перестал ее видеть. Что она там нашла?
Он присмотрелся и чуть было не присвистнул. «Лесная фея» держала вовсе не палку. Это была короткая полуметровая коса с блестящим лезвием…
Черный Лог
…Глория подошла к ротонде в глубине сада и заглянула внутрь. На круглом постаменте стоял золоченый стул, на котором восседала женщина. В одной руке у нее был меч, направленный острием вверх, в другой – весы с двумя круглыми чашами. Чаши находились в равновесии…
Глорию заворожила их шаткая неподвижность. Казалось, малейшее колебание воздуха могло нарушить сей хрупкий баланс. Она задумалась и не заметила, как женщина исчезла, а сама она бредет по широкой аллее, вымощенной розовым камнем.
Внезапный шум заставил Глорию оглянуться. Сзади прямо на нее во весь опор неслась колесница, управляемая свирепым возничим.
– А-а-аааа-ааа!..
Колесница едва не смяла Глорию, и она проснулась с бьющимся сердцем. Взглянула на часы – еще совсем рано, четыре часа утра. Даже не начинает светать.
Глория поправила подушку, легла и попыталась вспомнить подробности сновидения. Колесница прогрохотала мимо… что бы это значило?
«В любом случае, я не попала под колеса, – подумала она. – Но мне надо быть начеку. Не расслабляться…»
До рассвета она так и пролежала, глядя в потолок и размышляя о Лаврове, о себе, о карлике и семи запечатанных сургучом кувшинах в его мастерской. Одного джинна, она, похоже, выпустила на свободу. Как быть с остальными?
Глория решила пока не трогать кувшины. Мало ли, какие последствия вызовет ее неуемное любопытство.
– Любопытной Варваре нос оторвали, – прошептала она, поднимаясь.
Хватит валяться без толку. Пора заниматься делом. Морозов ждет результатов, а ей нечего ему сообщить. Ничего путного в голову не идет. Кроме Лилит – первой жены Адама.
Ассоциативный ряд выстроился весьма причудливый. Лиля Морозова – Лилит – Луна – смерть Ветлугина…
Почему Лиля? Неужели это она напугала до смерти чужого мужа? Впрочем, не совсем чужого. Ветлугин был женат на ее сестре по отцу. Но Лиля этого не знала. А если каким-то образом узнала? Сразу решила сделать сестру вдовой? Абсурд.
У Лили Морозовой на носу свадьба. Между тем невеста отнюдь не пылает страстью к своему жениху. Она тайно встречается с другим мужчиной. Это байкер, с которым она укатила из клуба.
Тогда в «Панде» Лавров помог привести в чувство пьяного Шлыкова. Девица, которая сидела с ним за столиком и лакала шампанское, сбежала. Зачем ей невменяемый кавалер? Шлыков ведь не ее жених. Пусть Лилит с ним возится.
А той и след простыл.
Эту молодую пару – Шлыкова и Морозову – знали все завсегдатаи «Панды». Их считали зазнайками. Девушки завидовали красоте Лилит, а Шлыкова недолюбливали за высокомерие и жадность. Он редко угощал выпивкой и давал официантам жалкие чаевые. Парни, с которыми удалось поговорить, в один голос твердили, что Шлыков типичный подкаблучник и что Лилит будет из него веревки вить.
Лавров с Глорией в ту ночь так и не дождались возвращения блудной невесты. Уехали спать. Лавров по требованию Глории отвез ее назад в Черный Лог. Благо, он арендовал на деньги клиента новенький «фольксваген-туарег» и не зависел от служебного внедорожника. Что жутко огорчило Колбина. Вдобавок к сердечному приступу у того случился жестокий приступ ревности.
С этими мыслями Глория совершала свой утренний туалет, завтракала и сидела за бумагами. Перед обедом она перебросилась парой слов с Сантой. Тот неожиданно попросил позволения отлучиться на два часа.
– Хочу соседку проведать, – смущенно пояснил великан. – У которой мы молоко берем.
– Марусю, что ли?
– У нее забор покосился…
– Ладно, иди, – с улыбкой кивнула Глория. – Забор – это святое.
Санта насупился и замолчал. Он не мог признаться, что Маруся давно ему нравится. Статная, румяная, веселая, а главное, добрая. Обещала показать лечебные травы и грибные места. Муж у нее спился и умер. Сама хозяйство ведет, на рынок ездит в район.