– Мы предпринимаем, – спокойно ответила Глория.
– Вы сами как считаете? – спросил Лавров. – Могла ваша дочь убить своего работника?
– Конечно нет. Зачем? Я же говорю вам, Тоня была с ней. Она приехала проведать Марианну и… – он запнулся и горестно махнул рукой. – Беда одна не ходит. Не успели мы с женой свадебный скандал замять, как новая напасть свалилась.
– Черная полоса, – кивнул Лавров.
Ему представлялось сомнительным, чтобы хрупкая Марианна могла справиться с крепким и далеко не старым мужчиной, каким был садовник. Разве что того парализовало от страха. Тогда убийце не представляло труда зарезать беззащитную жертву.
«И это по плечу любой женщине, – подсказал ему внутренний голос. – Не забывай, Рома, что у Ветлугина при виде убийцы не выдержало сердце. А он тоже не был жалкой овечкой!»
– Что делать? – простонал Морозов. – Я уверен, моя дочь ни при чем. Она может стать следующей… вы понимаете? Сначала ее муж, потом садовник…
Пока Глория выслушивала посетителя, Лавров ломал голову, что могло до такой степени испугать взрослых мужчин? У одного вызвать инфаркт, а другого буквально пригвоздить к месту?
Невольно на ум пришел пустой гроб в освещенной фонариком яме…
ГЛАВА 26
Поселок Роща
Марианна неохотно привела его к сараю, где нашли убитого садовника.
– Вот, здесь он лежал…
На бетонном полу еще виднелись бурые пятна крови, присыпанные песком. Лавров внимательно все осмотрел.
– Клавдия отказалась замывать, – объяснила вдова. – Она боится. Просит расчета. Говорит, что перестала спать. Ее до сих пор трясет.
– Вы ее отпустите?
– А что мне остается? Мама поживет пока у меня. Возьмет отпуск на работе, чтобы побыть со мной. Без Клавдии мне будет совсем неуютно в доме.
Она сдалась? Или играет роль испуганной женщины? После того, что случилось в сарае, ни одна здравомыслящая особа не осталась бы жить в усадьбе одна. Если она не причастна к трагедии, разумеется.
Лавров уже слышал от самой Кравцовой, что та будет жить с дочерью, пока не закончится следствие. Он сначала поговорил с ней и с кухаркой, а потом попросил хозяйку показать ему место происшествия.
Марианна выглядела поникшей и безучастной. Смерть садовника и очередной визит следственной бригады оказались тяжелым испытанием для нее. Либо она действительно подавлена случившимся, либо ловко притворяется.
Лавров склонялся к последнему. Возможно, садовник был неугодным свидетелем, и от него решили избавиться. Мать и дочь могут быть сообщниками, и тогда их взаимное алиби – липовое.
До этого Лавров успел побеседовать с журналистами, которые слетелись в Рощу, как мухи на мед, и с местным участковым. Журналисты оказались редкостными пронырами. Благодаря их любознательности он выяснил, что между гибелью садовника и приездом криминалистов прошло около двух часов. По предварительному заключению эксперта, Борис был убит примерно в полдень.
Точно установить, кто из трех присутствовавших в доме женщин чем занимался в это время, не представлялось возможным.
Клавдия утверждала, что полезла в подпол за соленьями, у нее там сильно закружилась голова, и она сидела, пока ей не полегчало настолько, что она смогла подняться по лестнице наверх с трехлитровой банкой овощного ассорти в руках.
Марианну и ее мать она застала во дворе возле сарая. Пожилая дама лежала на траве в обмороке, потом пришла в чувство… и они с хозяйкой решили перенести ее в дом, так как на улице было душно. Позвали Бориса… но тот не откликался. Тогда Клавдия отправилась за ним в сарай, где и увидела его мертвым в луже крови. Она закричала. На ее крик прибежала Марианна…
Госпожа Кравцова, если верить ее словам, приехала в Рощу на электричке и с вокзала шла к дочери пешком. Электричка прибыла на станцию в одиннадцать. Антонида Витальевна ходит медленно из-за одышки и больных ног, поэтому брела долго и, когда именно добралась до дома Ветлугиных, сказать не может. На часы не смотрела. Зачем?
Мать с дочерью якобы собрались обедать, но не могли дождаться кухарку, и Кравцова отправилась ее искать. Почему она заглянула в сарай? Да просто так. Подумала, вдруг кухарка любезничает с садовником вместо того, чтобы заниматься своей работой. Зашла… а там… У нее потемнело в глазах от увиденного, и больше она толком ничего вспомнить не может. Очнулась, лежа на траве… над ней – лицо дочери…
Марианна повторила почти то же, что рассказала Антонида Витальевна. На часы она не смотрела, ибо в этом не было необходимости. Но обедать она привыкла в половине первого, и у Клавдии в это время обычно все уже готово. Значит, мать пришла раньше, раз стол еще не был накрыт. Либо кухарка задержалась в подполе и опоздала с подачей обеда. Мать с дочерью немного поболтали, и Антонида Витальевна отправилась разыскивать Клавдию…