Векса усердно закивал и ухмыльнулся. Илий разговаривал с ним, как с ассистентом. Сказать по правде, это была многолетняя привычка хирурга – все объяснять по ходу выполнения операции, и он даже как будто не заметил, что перед ним наемник, а не медик-интерн.
Илий размотал платок, тряхнул им и обвязал голову Бурята под нижней челюстью.
– На этом лечение не заканчивается. Нужно сделать нормальную перевязку и ходить с ней около двух недель. От твердой пищи придется отказаться.
Он обернулся и заметил, что вокруг собралась небольшая группа зевак. Среди них был и долговязый по прозвищу Каланча, который перерубил веревку на переправе. Кто-то из зрителей сказал:
– Видать, доктор не липовый. Бурят теперь похож на самого себя.
– Пить! – хрипло попросил главарь. Ему дали флягу, но никто не посмел предложить напоить его. Проливая воду на грудь, он жадно пил. Когда фляга опустилась, свирепые глазки снова взглянули на доктора, затем на толпу.
Бурят посопел от боли, но произнес, разделяя слова:
– Кто… привел… гражданского?
Векса наклонился.
– Это я, Бурят. Но только потому, что ты был плох.
Главарь бешено вращал глазами. Вексе пришлось нагнуться еще, чтобы расслышать его слова:
– Где… тварь?
– В бараке. Но он чумной, Бурят. Там живут заразные. Мы туда не пойдем.
Глаза главаря наемников вспыхнули гневно, затем потухли и стали как мертвые.
Он думал.
– Ловушки? – спросил Бурят.
Каланча вышел вперед.
– Только что установили. Может, поднять шуму? Эта тварь и выскочит. Или просто изрешетим стены, бросим хлопушку и достанем то, что останется, на свет.
Бурят медленно кивнул. Илий резко поднялся. Его голос зазвучал, как скрежет железных шестеренок.
– Там моя дочь. Я не дам…
– А кто тебя спрашивает? – Каланча ухмыльнулся щербатым ртом.
Ярость затмила доктору глаза. Он знал, что нельзя слушать ее голос, потому что Зарина находилась в деревянном доме всего в десяти метрах от него и, возможно, была жива. Но он представил вдруг, как барак превращается в решето, как летят щепки и осколки, как разрывается шумовая граната, и его терпение лопнуло.
Доктор резко потянулся к «Глоку» на поясе (кобуру он расстегнул еще там, в тени деревьев, пока Векса говорил по телефону). Но за ним уже внимательно следили…
Илий получил прикладом между лопатками, горячая волна боли побежала по позвоночнику. Каланча схватил его за волосы, доктор ответил неожиданным ударом в кадык, и прежде, чем Илия повалили на землю, он успел лбом расквасить долговязому нос.
Посыпался град ударов. Может, из-за того, что он думал о дочери, Илий сначала не чувствовал боли, хотя ему первым же ударом разбили губы, а вторым пнули ботинком в печень. Ударов по спине он не считал. Мышцы судорожно сокращались, и кожа разгорелась огнем.
Где-то лаял Гален, вероятно, на этот раз он даже кого-нибудь кусал. Доктор боялся, что его пристрелят.
Илий слышал протестующий голос Вексы. Скоро удары сделались вялыми и совсем прекратились. Лысый наемник снова дал ему шанс.
Доктор встал на четвереньки, сплюнул кровь. Левый глаз заплыл и почти не видел. Краем правого он успел разглядеть, как в кустах исчезли лапы и собачий хвост.
«Беги, Гален, спасайся».
– Эй, Бурят!
Главарь неохотно повернулся к нему.
– Я вернул тебе голос и помог. Мне нужно только одно: моя дочь. Я заберу ее и уйду. О вас никто не узнает.
Какое-то время лицо Бурята с распухшей щекой, заросшей рыжими волосами, оставалось неподвижным. Затем в мертвых глазах забрезжил какой-то безумный огонек.
Главарь медленно заговорил:
– Дайте… ему ловушку… Пусть идет поймает тварь… Дочь – его. Пусть забирает…
Наемники угрюмо молчали.
– Это приговор, Бурят, – сказал Векса. – Тебе ж помогли…
– Тебе был дан приказ… избегать свидетелей… – прошамкал Бурят. – Теперь пойдешь и проводишь гостя до входа. Сделает работу – получит то, что хочет.
Доктор поднялся, его чуть повело в сторону, но он устоял.
– Где его пистолет? – взревел Каланча, вытирая нос, из которого продолжала течь кровь. – Я хочу его пушку в подарок. Компенсация. Хорошая пушка!
Пистолет поискали в траве, но не нашли. Илия еще раз проверили – ничего. Во время потасовки оружие исчезло. Каланча подошел к доктору вплотную:
– Я еще на мосту заметил, что ты прячешь что-то за поясом, гнида.
– И не додумался обыскать, – ответил Илий.
Долговязый плюнул в него, но не попал. Его оттащили в сторону.
Они стояли у самых дверей барака. Из-за деревьев недобро поглядывали холодные дула винтовок и автоматов.
Илий коснулся заплывшего глаза, облизал губы, покрытые багряной коркой. Векса посмотрел на его лицо, покачал головой.