Гульшан вышла на воздух и зажмурилась от яркого света. У дерева все так же сидел Азим с опущенной головой. Она старалась не смотреть в его сторону и повернула девочку так, чтобы ей не видеть старика, – хватит с нее страхов. За телом нужно будет прислать монахинь и кого-нибудь из мужчин, но сначала – лодка.
Гульшан прошла совсем немного вдоль реки и увидела за кустом старую лодку. Она опустила ребенка на песок, отвязала канат и с трудом перевернула судно. С третьей попытки тяжелая посудина сдвинулась с места и встала на воду.
– Теперь мы немного прокатимся, – сказала Гульшан девочке, через силу улыбнувшись.
Малышка задумчиво сосала палец, потом вынула его и указала на реку. Гульшан оглянулась и охнула – лодку оторвало от берега и медленно уносило течением. Девушка сделала два шага, чувствуя, как вода намочила кроссовки, протянула руку, но не достала до борта. Зашла по колено, потянулась и вдруг с ужасом увидела, как чья-то волосатая рука показалась из-за куста и схватила канат.
Гульшан вскрикнула и отпрянула назад. Девочка тоже закричала, шмыгнула ей за спину.
Волосатая рука рывком притянула веревку, и лодка пристала к берегу. Из-за куста вылез тучный кудрявый мужчина с обвисшими щеками и хищным носом. Глаза его лихорадочно блестели, он показал раскрытые ладони и выпалил:
– Не кричите, прошу вас! Это я! Я!
Гульшан обмерла, закрыла собой девочку.
Азим расхохотался, похлопал себя по груди:
– Сердце! Оно больше не болит! Не знаю, что случилось, но я чувствую себя чудесно, как новенький!
Девушка испуганно следила за стариком, пытаясь уловить несвойственные ему движения, перемены в голосе. Она внимательно вглядывалась в его лицо, выискивая в нем хотя бы малую фальшь. Но старик широко улыбался: и морщинки возле рта, и выражение глаз говорили о том, что это он. Ни морок, ни речной дух, ни привидение.
– Азим… – прошептала она.
Он поднял брови.
– А что? Без шляпы не похож?
– Я измерила пульс, вы…
– Умер? Ну, я же ненадолго. Недаром в песне поется, что лето – это маленькая смерть.
– Вообще-то, жизнь.
– Правда?
– За последние двадцать минут я постарела лет на десять. И уже не знаю, во что верить. Если вам несложно, ответьте на один вопрос.
– С радостью, Гульшан.
– Опишите мой дом.
– Желтый, обитый деревом, с резными подоконниками. Во дворе у вас стоит беседка, и вы любите завтракать в ней по выходным. Там я вас нашел, когда узнал, что у доктора беда. Да, еще цветы в горшках. Очень много у вас цветов. И когда вы успеваете следить за ними, с вашей-то работкой? Где моя шляпа? Вы не видели мою шляпу? Она мне дорога как… как шляпа.
– Да, это точно вы.
Азим вдруг примолк. Уставился на ребенка. Девочка смущенно попятилась. Он вошел в реку по колено, умылся.
– Вы помните то, что произошло там, у осины?
Он распрямился, вытер лицо:
– Ничего не помню. Кроме того, что мне стало совсем худо в камышах.
Старик растерянно огляделся. Снова взглянул на прячущуюся девочку, коротко спросил:
– Где?
Гульшан указала взглядом на рыбацкую хижину.
Азим поглядел из-за плеча, нахмурился. Долго рассматривал темное пятно возле дерева. Произнес глухо:
– Мне приснилось, что я видел Марию, мою дочь.
– Вам не приснилось. Я тоже видела дорогих мне людей.
Они молча переглянулись. Непреодолимое желание поскорее убраться из этого места заставило их сесть в лодку, оттолкнуться от берега. Девочка свернулась комочком у Гульшан на коленях.
Азим греб бодро, даже чересчур, весла жалобно скрипели в уключинах…
– Что там произошло? – спросил он, растерянно глядя на оставленный берег.
– Мы повстречали полудницу. И были к ней ближе, чем кто-либо.
Азим опустил голову и брезгливо посмотрел себе на грудь.
– Она прикасалась ко мне?
– Да. И вы до сих пор живы.
– А вас, – старик со страхом посмотрел на девушку, – вас она тоже трогала?
– Нет. Но я схватила ее за руку. После этого она сгорела. Если можно так выразиться – умерла.
Девушка вздрогнула при воспоминании об этом и, прочитав в глазах Азима немой вопрос, медленно проговорила:
– Они из плоти и крови. Скорее живые, чем мертвые. Мы все еще знаем о них слишком мало, но в одном я уверена: их тела живут по иным законам, чем наши.
Глава 25
Большие секреты
Векса привел всех на гору, вершина которой представляла собой небольшое, примерно в двадцать квадратных метров, плато. Гора выглядела так, словно самую верхушку ее срезали сверхмощным лазером. И если бы не разбросанные по поверхности валуны, не растущие кусты терна, можно было бы подумать, что площадка эта создана искусственно.