Адам мерил её взглядом, решая, стоит ли вообще разговаривать или сразу перейти к делу.
- Может, расскажешь, как ты с твоим другом, научился проходить сквозь горы? И с какой целью? Расскажи, и эта забавная вещица к тебе вернётся. Она ведь правда тебе дорога, не так ли?
Тёмные глаза девушки азартно блестели в предвкушении какой-нибудь интересной истории. Ну ещё бы! Ишь какая глазастая попалась, заметила, значит, что они появились прямо из горы. Но Адама этим было не пронять, он умело мог сдерживать свои эмоции так, что на лице ни одна бы не проскочила.
- Сквозь горы? – сейчас его голос прозвучал не менее насмешливо, эхом отразив интонацию самой девушки-полицейского. – Милая, да тебе к психиатру лучше обратиться. Где это видано, чтобы люди были способны на нечто такое?
Лина вздрогнула, услышав этот голос. Вчера, когда этот парень прикидывался шутом, чтобы развлечь публику, он показался ей другим. Но сегодня он прозвучал совсем иначе. Она редко обращала внимание на такие вещи, но сейчас почему-то обратила. И вроде бы не было в нём ничего особенного, однако факт был фактом. Голос этого незнакомца показался ей по крайней мере приятным.
- Не прикидывайся. Я всё видела.
Адамант вздохнул. Мелкая, худенькая. Ну куда ей тягаться с ним, мужчиной, что на голову выше и раз в пять сильнее? Одна, в горах, где никого больше нет за несколько миль в округе. Туристов сюда обычно привозили по расписанию, чаще в вечерние часы, а потому ни помощи, ни свидетелей здесь пока что быть не могло.
Он выдвинулся на встречу, девушка же не отступила и шага назад. Надо же, какая настырная! Даже если и напугалась, то вида не подала. А ведь сейчас по его лицу, кажется, было всё понятно. И сдаваться Адамант тоже не собирался.
Приблизившись чуть ли не в плотную, он выдохнул ей прямо в лицо:
- Отдай лучше по-хорошему, пока не поздно.
- Нет.
Со стороны они могли бы сойти за влюблённую пару, чьи уста вот-вот сольются в страстном поцелуе. На деле же между ними сейчас зарождалась страсть иного рода – злость, напряжение, конкуренция. Кто в конце концов победит?
Однако дуэль взглядами длилась недолго. Адам сделал выпад, пытаясь выхватить кожаный браслет из рук этой навязчивой стервозы, но в тот же момент почувствовал, как на его руке захлопнулись наручники, а на лице симпатичной брюнетки расцвела победоносная улыбка.
- Попался! Не хотел по-хорошему, теперь я отвезу тебя в участок! Там ты всё расскажешь…
Адамант дёрнул руку, пытаясь высвободиться, но было поздно.
- Идём, - поторопила его Лина, довольная, что поймала его на такую простую уловку.
Вот что значит терять бдительность и верить, что женщина – слабый противник!
- Я никуда с тобой не пойду, - пообещал Адамант, вновь заглянув ей в глаза.
- А так? – в свободной руке офицера Коул сверкнул блестящий пистолет.
Адам, вновь тяжко вздохнул, кажется, смирился со своим положением – деваться всё равно было некуда…
Глава 9
Калеб не прочь был побыть один, но уже приближался вечер, а от Адама не было ни слуху, ни духу. Он никогда раньше не пропадал настолько, а это значило лишь одно: либо тот совершенно забыл о времени, либо попал в неприятности, которые не позволяли ему вернуться домой. Второе было наихудшим вариантом, а потому полуэльф надеялся, что вскоре увидит своего друга живым и невредимым.
Но время шло, а тот так и не возвращался.
И если этот мир полностью изолировал его магию, то лишить интуиции никак не мог. Поэтому Калеб был просто уверен: с его другом что-то произошло. И нужно было что-то с этим делать.
Порывшись в шкафу, он выудил оттуда тёплую одежду, которую носили в этом мире – облегающие тёмные джинсы и короткую куртку. Такая одежда ни от серьёзного холода защитить не могла, ни уж тем более укрыться в сугробе. Пришлось напомнить себе, что здесь это было просто ненужно, а Снегория далеко, так что приходилось принимать местные реалии и, как выражался Адамант, не отсвечивать, чтобы не сильно выделяться.
Закрыв квартиру на ключ, он спустился через подъезд на улицу, чтобы вдохнуть морозный воздух сгущающихся серых сумерек. Калеб замер, задумавшись, в каком направлении ему идти – так, чтобы и самому не потеряться. Но потрясающая зрительная память сейчас была ему только на руку, он понял, что хорошо помнит этот район и без труда сможет вернуться назад. Видимо, к магии эти способности отношения не имели, а потому, как и интуиция, оказались козырем в его рукаве.
Вечерний город встретил его шумом и разноцветностью огней, сочетанием привычного для здешних будничного хаоса и предпраздничной суетой, что была зачастую гораздо интереснее самого праздника. Честно говоря, Калеб не очень любил его. Вернее, не воспринимал должным образом, ведь в детстве подарки, положенные в этот день детям, получать ему было не от кого. А когда он подрос, то принимать участие во всеобщей пьянке разбойниц, что не давали ему прохода, было скорее испытанием, нежели весельем. Он не понимал и не принимал такой жизни, а потому максимально абстрагировался от неё – куда угодно, в мир книг или порталом, подальше от низко интеллектуальной толпы со стервозными замашками.