Никакого вопроса он не задавал, но я все равно пожал плечами:
— Моя команда в очередной раз выполнила приказ, наши действия оценили профессионалы высочайшего уровня, а мнения доморощенных экспертов по всему и вся нас абсолютно не волнуют — как говорили наши предки, «Собака лает, а караван идет…»
…Следующее сообщение от Императрицы — на этот раз с конкретикой — мы получили ближе к середине обязательного круга и чуть-чуть замедлились. Так что к нужной двери подошли секунд за десять-двенадцать до времени «Ч» и встретили Ее Императорское Высочество Марию Александровну ни разу не верноподданническими улыбками — девчата ехидно заухмылялись, а я перевел эти безмолвные намеки на русский язык:
— Неужели вырвалась?
— Ага! — отыгрывая свою роль, гордо сообщила она, подхватила Костину под локоток и перешла на не слишком тихий шепот: — Впрочем, сегодня мои толком не сопротивлялись: стоило мне предложить матушке представить себя на моем месте, как дед махнул рукой и заявил, что рядом с вами мне все равно ничего не грозит.
— Так и есть: мы — личности злобные и абсолютно неудержимые! — весело заявила все та же Маша и шокировала окружающую публику, обратившись к дочери покойного Цесаревича первой, без титулования и практически на «ты»: — Ну что, тезка, как будем отрываться?
Племянница Игоря Олеговича сделала вид, что это более чем нормально, убедительно изобразила нетерпение и шокировала гостей еще жестче:
— Для начала пройдемся по залу и с кем-нибудь поболтаем. А то торчать на тронном возвышении порядком надоело. Кстати, Даш, ты не уступишь мне правый локоть Тора? Хочу провести следственный эксперимент и прогуляться по дворцу под руку с парнем!
Темникова, конечно же, уступила. И на пару с Костиной пристроилась к нашей тройке так, чтобы прикрывать Ромодановскую сзади и контролировать правый фланг. Потом мы начали движение, и Мария Александровна забила на сценарий:
— Ребят, я в шоке от вашего подарка тете Кате: мы разбирались с его возможностями всю прошлую ночь и половину этой, зашугали весь Конвой и уже присмотрели парочку потенциальных жертв, которых совсем не жалко!
— Это намек на то, что один подарок на двух фанаток — это несерьезно? — притворно нахмурившись, спросил я, поймал взгляд Ее Высочества, увидел в нем искорки сдерживаемого смеха, и продолжил валять дурака: — А ты уже определилась с моделью… или моделями своей мечты?
— Конечно!!!
— И что тебе мешало позвонить или прислать ссылочку?
— Врожденная скромность… и страх услышать твое любимое: «Ну, ты и нахалка…»
Мы рассмеялись, подошли к группке из четырех представителей рода Сугавара и начали работать — я вежливо поздоровался, продолжая улыбаться, представил Марии Александровне посла, его супругу, сына и невестку, затем представил ее им, сделал японочкам по комплименту и продолжил изображать первый номер в нашей компании. То есть, направлял ход беседы, менял темы разговора и задавал вопросы, которые присылала в личку Императрица.
Маша с Дашей выкладывались иначе — держали спину Ее Высочеству, не позволяли любопытным приближаться к нашей компании с этой стороны и помогали «заполнять паузы». А Марина вела себя, как ближайшая подруга Ромодановской и добавляла правильного «объема» нашему спектаклю.
Вот японцев и проняло: Сугавара-старший и его сын прониклись к нам еще большим уважением, а их супруги раздухарились и начали отвечать на прямые вопросы. Да, через переводчики ТК, зато не односложно, а достаточно распространенно — рассказывали о своих увлечениях, о городах, в которых родились и выросли, о своих впечатлениях о Новомосковске и так далее.
Во время одного из таких монологов я внезапно задумался о настоящих планах Олега Третьего на будущее своей старшей внучки и получил еще одно сообщение от государыни, в котором, как ни удивительно, содержался ответ на все мои вопросы, включая не успевшие сформулироваться:
«Маша познакомилась с Такеши, вторым внуком Императора Японии два года тому назад, во время визита Рюноскэ, наследника Сумэраги Рю, в нашу Империю. И влюбилась с первого взгляда. Но в тот момент девочка была обручена с внуком главы рода Лопухиных и себе не принадлежала, поэтому старательно давила чувства. А девятого февраля этого года Илья Лопухин, служивший в Восьмом Ударном, героически погиб. И мы с Олегом решили дать внучке шанс найти счастье. Хотя, откровенно говоря, не хотели бы отдавать Машу в другое государственное образование. Но мы ее любим, вот и опосредованно напоминаем Такеши о ее существовании. Кстати, вы Маше тоже интересны. Но ее сердце уже занято. Зато с настоящими друзьями и подругами у нее, увы, никак. В общем, если сочтете ее достойной вашей дружбы, то не отталкивайте, пожалуйста: она — вся в покойного отца. То есть, тоже настоящая…»