— Ага… — подтвердил я. — Поэтому эта умничка показала юристам и все собранные материалы, и наброски закадрового текста, и сценарий будущего фильма, превратила творение профессионалов в юридически безупречный видеодокумент и… подготовила встречные иски. Так что Ланской сядет. Лет, эдак, на пять-семь. И, наконец, поймет, что за свои слова надо отвечать.
Закончив повествование, я пододвинул к себе тарелку с антрекотом и картофельным пюре, взял нож с вилкой и собрался, было, насладиться вкусом этого блюда, но в это время заговорила Завадская и… сдала меня по полной программе:
— Йенсен забыл сообщить, что этот фильм вызвал настолько серьезный резонанс и заткнул такое количество грязных ртов, что государь распорядился найти автора идеи. ИСБ сработало на десять баллов из десяти возможных, так что Тор снова попал… и выкрутился, убедив Олега Третьего отблагодарить не его, а талантливую исполнительницу. Так что в понедельник Инну вызовут во дворец и наградят «Станиславом» третьей степени…
…В Вороново сели в пятом часу утра, загрузились в «Волны», прилетели домой, разбежались по спальням и отключились до полудня. Потом кое-как продрали глаза, привели себя в порядок, собрались на кухне, позавтракали и занялись делом — Ослепительные Красотки перебрались на диван, развернули поисковики и потерялись в Сети, Марина умотала в гардеробную, а я открыл файл с «разведданными», некогда вытребованными у Переверзева «на всякий случай», нашел личный контакт непосредственного начальника Тимофеевой, набрал, поздоровался, представился, извинился за то, что звоню в выходной день, и предельно четко изложил свои намерения.
Марк Янович оказался мужиком с понятием — сходу поблагодарил за правильный подход к «решению нестандартных вопросов», пообещал внести новую информацию в соответствующий реестр, предельно распространенно ответил на вопросы и даже улыбнулся. Хотя, по моим ощущения, разучился это делать еще в далеком детстве.
Закончив этот разговор, я «постучался» к Инне, поприветствовал очень интересную аватарку, поставил ее хозяйке «нестандартную боевую задачу» и со спокойным сердцем потопал собираться. А минут через двадцать-двадцать пять вернулся в гостиную, подхватил Завадскую под локоток, попросил Дашу с Машей скучать, да посильнее, и под их комментарии вывел Кару в коридор.
Из «Иглы» вылетели на двух «Волнах», пересекли центр, добрались до нужной окраины, притерлись к первому попавшемуся посадочному квадрату на открытой стоянке рядом с ТРЦ «Элегия», немного подождали и засекли темно-зеленый «Дозор», спланировавший по коридору замедления почти к самой поверхности канала Академика Чурикова.
Как только флаер прошел над границей стоянки, я поморгал габаритами, выскользнул из салона, подождал, пока тяжелая разъездная машина зависнет в трех метрах от моей, и подошел к двери, начавшей сдвигаться в сторону.
Тимофеева, упакованная в строгий деловой костюм и белую рубашку, оперлась на протянутую руку, элегантно выскользнула наружу, выбралась на влажное покрытие, поблагодарила за помощь и превратилась в слух.
Я мысленно усмехнулся и задал вопрос на засыпку:
— Инна, вы ведь уже составили представление о моем характере, верно?
Ответ не заставил себя ждать:
— Верно.
— Тогда отправляйте служебный флаер на Неглинную и забирайтесь в мою «Волну»: мы летим в салон «Экстремал». Выбирать вам достойный личный транспорт. И это не обсуждается: мой консультант не может летать на чем попало.
Она прикусила губу, на миг расфокусировала взгляд и вздохнула:
— Тор Ульфович, я понимаю, чем вы руководствовались, решив подарить мне флаер, и с радостью приняла бы ВАШ подарок, ибо в ваших поступках нет и не может быть двойного дна, но уверена, что за этот шаг навстречу меня уволят. А увольнение, в свою очередь, лишит меня возможности помогать вам и вашей команде…
Она, вне всякого сомнения, говорила то, что думает, поэтому я мысленно поставил ей еще один плюсик и сокрушенно вздохнул:
— А говорили, что разобрались… Эх…
— Подшучиваете? — спросила она чуть ли не раньше, чем я договорил.
Я кивнул и перестал валять дурака:
— Вас не уволят: я уведомил о своих планах Марка Яновича и получил карт-бланш на любые телодвижения в этом направлении. Поэтому выбросьте из головы все сомнения, вспомните о том, что я не бедствую, и опишите флаер своей мечты. Само собой, если действительно верите, что в моих поступках нет двойного дня.