- Кто украл?..
- Не знаю! – простонала Мила, и Амрин с удивлением услышал в её голосе ноты беспомощности. – Но об этом не должны пронюхать ни Лайла, ни Шиан. Иначе… иначе они вывернут всё так, что в предатели запишут меня!
- Мила. Мила, подожди. Как могут поверить их словам, если тебе благоволят жрицы? Будь ты предательницей, тебя бы не…
- Жрицы не обладают полной силой, пока Матриарх больна, - возразила сестра. – Они могут ошибаться. Они не видят многого. Они не видят шпиона, понимаешь? Они пытаются его найти, но не выходит – он явно под защитой ящериц. Если будут доказательства против меня, то… - хватка Милы ослабла. – Я уверена, они точно знают, что это шпион. И… я не хочу думать, что подозревают на самом деле меня. Только вот не дают понять, что собираются делать.
Амрин унял сбившееся дыхание. Одними губами прошептал:
- Тогда молчи об этом. Делай вид, что списываешь всё на следы, которые мы могли там наверху оставить. И ещё сильнее защити тайник.
- …и избавься от сестёр, - мрачно добавила Мила.
- Что?!
- …и от матери.
Амрин застыл, не веря ушам. Он понимал неприязнь Милы к Лайле и Шиан, но мать… Без матери они не выстоят. Лишиться матери значило лишиться любой мало-мальской защиты и покровительства перед лицом других домов. Неужели она стала настолько самоуверенной, что думает, будто сможет потянуть обязанности матроны дома? Слава мастера ядов вскружила ей голову?!
Набравшись смелости, юноша отвесил сестре лёгкую оплеуху. За такое она может с полным правом избить его до полусмерти, но его это не волновало.
- Одумайся! Не трогай мать! – взмолился он, встретив полный потрясения взгляд Милавилль. – И вообще остынь!
- …либо остаться на поверхности. Мы с тобой в любом случае в опасности. Какая разница, где она будет? В родном доме или там, где холодный ветер?
Амрин никогда не замечал за Милой таких упаднических настроений. Она всегда была сильной, задорной и уверенной в собственных силах и таланте. Что же изменилось?
- Но прежде, - продолжала она, - я хочу побороться. Ты прав – мать я не трону. Пока, по крайней мере. Она снова беременна, кстати. А вот Лайлу и Шиан… надо добраться до них прежде, чем они доберутся до меня. Если я стану наследницей, а потом и матерью дома, то твоё положение будет настолько высоким, насколько доступно мужчине. К твоим словам будут прислушиваться. Ты будешь стоять наравне с моими будущими дочерями.
Монотонный тихий голос сестры успокаивал, но червячок сомнения беспокойно шевелился где-то в груди.
Что-то было не так. Что-то шло не так.
- Но прежде мне нужно добраться до полукровки. Будет ещё одна вылазка, и мы окончательно поссорим драконов и демонов. И ты мне поможешь достать янтарную чешую. В плату за это, - она коснулась щеки, по которой ударил Амрин.
Вот.
Подземелья!
Война. Интриги.
Воля Паучихи. Спящие братья и сёстры. А какая она, эта воля?
Вот что не так. Вот что неправильно.
И Миле не по себе вовсе не из-за интриг Лайлы и Шиан.
Она, как и Амрин, чувствует, что всё идёт не так.
- … прямое доказательство нашей непричастности у нас на руках, однако мы не можем его представить, так как это поставит под угрозу наш источник информации.
Сэйерон не сдержал усмешки. Право, беседовать с принцессой Рейлин было куда приятнее, чем с остальными драконами, но дела, подобные переговорам, всегда навевали на него скуку. Более того, временами он чувствовал себя беспомощным – дипломатия подобна извилистому руслу мелкой реки, и ему с трудом удавалось удерживать нить разговора. Впрочем, адайе-ли не унывал – он списывал это на недостаток опыта, а не способностей, поэтому и взялся улаживать дело с караваном в надежде этого самого опыта набраться.
- Ада-ли Рейлин, - он подчёркнуто использовал демонское обращение к принцессе, - либо вы доверяете нам, либо нет. Ваш источник, безусловно, ценный, так разве мы причиним ему вред? Или вам есть, что скрывать?
Заметил, что изумрудная принцесса сжала зубы, и в глазах её на миг вспыхнула зелёная искорка. Сэйерон, как мог, поддерживал её стремление прежде всего отвести подозрения от драконов, не называя истинных виновников. В том, что Рейлин знает больше, чем говорит, Сэйерон был более чем уверен. Он знал это. В противном случае она не отвечала бы таким категоричным отказом на просьбу представить единственное прямое доказательство непричастности драконов к нападению на караван. Демон был заинтригован донельзя.