И тут меня словно бы сбило с ног ударной волной.
- Так смотри и не отворачивайся!!! – в тон мне выдал Мадарэ, и его кристально-чистый голос, вмиг перешедший в вопль, резанул по слуху. – Мнишь себя главной жертвой, значит?! Окажись ты на моём месте, ты бы действовала так же, как и я. Более того, ты бы прошлась по всем больным точкам, чтобы получить своё! На тебе прекрасно держится маска самой бедной, несчастной и обиженной, и все ей верят, и адайе-ли поверил! Ты никогда не выйдешь за него, сколько бы раз вы ни трахались. Ты никогда не забудешь меня. Ты – моя, и ты это знаешь!
Это неискоренимо – он понизил голос, хоть и взгляд его пылает яростью. Это вдолбленная в подкорки привычка. Ненавижу её.
- Я была на твоём месте! И я нашла способ отступить! – снова завелась я. – Поэтому не надо сравнивать и тем более отождествлять нас!
Мадарэ оскалился. Меня передёрнуло – эти длинные клыки никогда не задвигаются. Даже в антропоморфном теле.
- И поэтому ты стоишь и борешься не со мной. Ты ненавидишь не меня. И ты не о демоне думала сегодня ночью, родная моя, - звучит медово, а за мёдом – лязгающая сталь.
- Я вполне владею собой, чтобы не оглядываться на тебя и следовать только своим желаниям! – выплюнула я. – И вообще, ты… да пошёл ты!!!
Развернулась и со всех ног припустила к обрыву. Улететь, неважно куда, лишь бы подальше!
- Стой! – донеслось в спину. Куда там! Выкуси!
Меня догнали, обхватили плечи и остановили прямо перед падением. Шшшарххх! – ноги оставили борозды…
Несколько камешков сорвалось вниз.
- Земля слишком близко, - тихо сказал Мадарэ прямо мне на ухо. – Ты бы не успела.
Я тяжело дышала. Да, правда низко. Вот балда. Надо было сразу посмотреть. А сейчас сквозь аффект лениво, но неумолимо заползало в голову осознание, что я могла разбиться, не успев призвать дракона. Впадина за обрывом, конечно, глубокая, да вот только начинается не сразу. Очень широкий выступ. Об него шмякнуться – раз плюнуть.
Несколько мгновений я стояла, застыв, в крепких объятиях Мадарэ, вдыхая его запах. Вот от этого не могу удержаться. Всё-таки его аромат меня будоражит. Главное, чтобы драконица не сыграла против меня, а то я помню её вчерашнее нытьё. Может и предать, и ещё моську невинную состроит.
- Выпусти меня… - пробурчала я и попыталась вывернуться. Мадарэ неожиданно легко поддался и разомкнул хватку.
Надо улетать, причём срочно. Мы наговорили друг другу лишнего. Не страшно, если заблужусь, найду способ выйти или вылететь к цивилизации. Главное – подальше. Остальное – потом.
Внутри – пустота. Как раз из тех пустот, в которых слышно завывание ветра. Когда что-то очень долго и любовно копишь и копишь, холишь и лелеешь, представляешь, как ты всё это вывалишь на голову кого-то очень важного, как выскажешь всё, и он устыдится, раскается, и всё – ты удовлетворён до глубины души. Только в реальности всё оказывается совсем не так. Высказываешь – а он ещё смеет парировать, сволочь такая, да и чувствуешь себя, будто оступился и шлёпнулся физиономией в грязную лужу на виду у всех. Ещё и пустота эта, как будто с горем пополам выполнил миссию и лишился смысла жизни. И вопрос в голове: «И что теперь? Как теперь-то жить?»
Я шла прочь от обрыва, не оглядываясь, но ощущая спиной жгучий зелёный взгляд. Как же душно и тесно становится, когда рядом он! Даже если вокруг ни стен, ни потолка.
Мадарэ стоял у обрыва, не спуская с меня глаз. Надо действовать быстро! Одним движением опустилась на четвереньки. Через пару мгновений расправила крылья и шумно выдохнула. Пожалуй, полёт до изнеможения успокоит нервы.
Оглянулась на Мадарэ – он ловко пригнулся от взмаха хвостом. Вот этого я правда не хотела, случайно вышло. Пару раз взмахнула крыльями и поднялась в воздух. Развернулась и направилась в сторону обрыва, пересекла расщелину – далеко внизу текла быстрая река. Дракон остался на краю обрыва, смотря мне вслед и не делая никаких попыток пуститься в погоню. Надо скорее убраться подальше от него.
Я не осознавала в тот момент, что при такой усиленной работе крыльями могу быстро устать. Одна мысль занимала меня – улететь как можно дальше. Я и летела, подогреваемая этой абстрактной целью. Надо сказать, она очень помогала не замечать, как в один страшный момент потяжелели от усталости крылья. Прямо как мои пылающие эмоции помогли забыть о холоде. Благо в закованном в чешую теле я не мёрзла.
Ох, не могу. Всё, устала.
Не знаю, сколько я летела – кажется, долго. Неудивительно, что устала. И нигде внизу я не видела ни поселений, ни замков цветных домов. Значит, я прилетела в какую-то всеми богами забытую глушь. Наверное. А, неважно. Надо бы приземлиться.