- Твоя голова для меня табу, - возразил Мадарэ.
- Хорошо, сделаю вид, что верю. Тогда КАК?! – выкрикнула я.
- Мы с тобой объединены одной сущностью – осколками души Данарэ. Я слышал ваш мысленный диалог, от и до, я запомнил каждое слово, - предельно серьёзно ответил дракон. – Я не прилагал к этому никаких ментальных усилий, Данэ сам решил посвятить меня в это дело. Повторюсь – твоё сознание для меня табу.
Я чувствовала себя так, словно меня придавило толщей воды. Одна сущность на двоих – это да. У сущности своя непостижимая мораль. Сущность не видит ничего неприличного в том, чтобы трезвонить о чужих секретах!
Что за антинаучная хрень творится вокруг меня?!
- Ответь на один вопрос, - голос Мадарэ продолжал быть пугающе спокойным. – Выйти за меня замуж – это хуже, чем бросить дело на полпути? Это хуже смерти, в конце концов? – под конец фразы громко лязгнул зубами, голосом.
Право, такая постановка вопроса ввергла меня в ступор. Это для Мадарэ… слишком. Ведь он сплошное «недо-» и «полу-» . А такое «слишком» диссонирует до жути. Ему не идёт маска Сэйерона, который в противовес весь одно сплошное «слишком».
- Некоторые дела лучше оставлять незавершёнными. И некоторые пути лучше проходить ровно до середины, - по привычке напыщенно ответила я. – Я имею на это право, и я это делаю. Прости, шиндари-нэ, но наши дороги расходятся окончательно.
А самое страшное то, что прямо сейчас я его хочу, прямо здесь, на ступеньках. То есть не совсем я – я-дракон, под стать изумрудной ящерице. Но какая разница? Хочется же. Ему не идёт этот плотный чёрный сюртук, ему идёт его собственная бледная кожа. Вспомнилось, как втайне мечтала провести языком по сильному плечу до самой шеи и куснуть за мочку уха. Сейчас мечтаю смять в поцелуе плотно сжатые в беззвучной ярости губы. Помню, какими мягкими они могут быть…
Зелёные глаза с жадным вожделением следили за каждым моим движением, за выражением лица, которое, наверное, менялось ежесекундно.
Обнять и трахать.
Каким же жалким существом я порой бываю… Драконица затихала, чтобы в неподходящий момент напомнить о своих желаниях. Поди справься с ними!
Надо скорее выбираться отсюда, чтобы не увязнуть в сотканной из теней паутине. Да и попа начала подмерзать на камне.
- Я разрешаю влезть ко мне в голову, чтобы стереть воспоминание об этом ходе. Он ведь тайный, о нём опасно знать посторонним. Не знаю, как ты, а я дальше не пойду. Мне нужно домой. Я устала.
Собралась встать, но куда там – Мадарэ метнулся на меня, накрыл собою. В спину больно впилось ребро ступеньки. Внутри прижавшегося ко мне тела неистово билось влюблённое сердце. Почему я никогда не слышала от него этих слов?.. Только «потому что мы любим друг друга», и то – лишь как аргумент в пользу нашей пары. Слово – тоже поступок. Это тоже очень важно. Те, кто кричат что-то в стиле «меньше слов – больше дела», не вполне правы, я думаю.
Желанные губы замерли над моими, не прикасаясь. Изумрудные волосы плотной стеной завесили нас от всего мира. Остался лишь прохладный аромат можжевельника – так пахнет Мадарэ. Интересно, как пахну я?.. свой собственный запах неуловим.
- Я люблю тебя, родная, - шёпотом опалил лицо Мадарэ и ласково погладил меня по щеке. Мазнул губами по щеке и ткнулся носом мне в шею. – Прости меня.
Услышала. Затрепетало что-то внутри, защемило. Это «прости» прозвучало как-то совсем иначе. Не зубами выдирает, как прежде, а именно просит. Это так необычно… так нехарактерно и странно. Неужто сменил тактику?! Понял, что был не прав всё это время?
Наконец Мадарэ поднялся на ноги и протянул мне руку.
- Пошли, я отведу тебя домой. Отдохни как следует. Будет лучше, если ты рванёшься отмечать свой успех завтра, а сегодня выспишься.
Достал из кармана очки и нацепил их обратно. Стёклышки ехидно сверкнули в свете магических светильников.
Выспишься… успею ещё. Мне не нужно теперь каждое утро торопиться в Академию. Беспробудное пьянство – это, конечно, не мой стиль, я уже думала об этом, но теперь вот очень хочется, прям нестерпимо – почти как поцеловать Мадарэ. Слишком много впечатлений и непонятных нюансов. А Мадарэ добавил ещё больше смятения в и без того расшатанное состояние.
Нужно залить отвращение к себе. И слабость.
- Я надеюсь, можно считать тему наших отношений закрытой? – пока я не услышу, что шиндари-нэ прекращает весь этот балаган, не успокоюсь.
Взгляд упал на ладони Мадарэ. Ни по одной из них не ползла узловатая вязь татуировки воздержания. Неужели… неужели всё-таки вывел?!