- Адайе Дарион гневлив, но отходчив, - продолжила Видара. – Сегодня утром он освободил адайе-ли от домашнего ареста, который грозил продлиться дольше одного дня. Адайе Дарион полагает вас опасной после того, что вы сделали для драконов, и многие поддерживают его в этом. Так что… - состроила извиняющуюся гримаску.
- Неубедительно, - отмахнулась я, преисполненная всё той же напыщенности. – Видно, что вы пришли сами, без наущения. Истинные пары среди вас встречаются гораздо реже, чем у тех же драконов. Браки с истинными всегда заключались без оглядки на политику и без страха перед мезальянсом. Я понимаю, что вы влюблены, и ничуть не сержусь, но предлагаю завершить разговор красиво и без примерок чужих корон. Благодарю за угощение. У вас хороший вкус в выборе заведений.
Теперь на лице Видары не было ни тени улыбки. Напротив, она вся словно бы подобралась перед решающим броском.
- Я не лгу, Анджит, - коротко сказала она. Выглядела при этом предельно серьёзной.
- В таком случае я признаю свою неправоту, если адайе-ли подтвердит всё сказанное вами. Вы же явно предвзяты. Всего доброго, Видара.
Показалось ли?.. Глаза демоницы увлажнились, заблестели…
Нет. Она лжёт, конечно же. Хочет рассорить. Я не могла влипнуть в дрязги между расами, это слишком для меня, я просто... Ладно, чёрт с ним, с этой встречей с Видарой, она в любом случае состоялась бы, это неизбежное зло. Но адайе Дарион… он же одобрял, Сэй-ли говорил об этом! Неужели он рассчитывал, что я провалюсь, а значит, останусь безобидной? Но ведь я и так безобидна, у меня получилось лишь потому, что на меня указал Данэ, а не из-за каких-то выдающихся (опасных?) способностей!
Да и домашний арест… Сэй-ли в чём провинился? В метке? Неужели адайе Дарион настолько принципиален, что готов обречь сына на разлуку с парой, лишь бы никоим боком не сближаться с воспрянувшими духом драконами дальше допустимой отметки?! Или он в самом деле поддерживает доминирующие мнения в обществе и отвечает их ожиданиям, и по-другому сейчас никак? Но…
Нет. Конечно, я знаю, что такое хладнокровие. Но чтобы настолько? Это выше моего понимания. Я не из их мира.
Я не сразу расслышала торопливых шагов за спиной и чуть не сбила с ног Видару, буквально выросшую из-под земли.
- Что-то ещё?
Ответом послужило нечто выходящее из ряда вон – меня схватили пониже локтей и прижались всем телом. Я так и застыла, не вымолвив и звука. Прижавшееся ко мне тело сотрясали беззвучные рыдания.
Драконы – те ещё сложные ребята, перепады настроения с безумной радости до безумного горя – привычное дело. Но их выкрутасы отличаются от того, что сейчас разыгрывает передо мной демоница. Право, я немного испугалась.
- Прошу прощения, Видара, - пришла я в себя и осторожно попыталась скинуть с себя её хватку, оказавшуюся неожиданно крепкой. – Я не понимаю, что происходит.
Демоница отпрянула от меня с таким пылом, будто это я только что на неё вешалась вся в слезах. Прекрасное лицо её было искажено в неподдельном горе, и даже следы слёз не казались отталкивающими. Сложилось ощущение, что она в совершенстве умеет красиво подавать даже свои страдания, причём не в ущерб искренности. Подбородок подрагивал, губы кривились, а в воспалённых глазах стояли слёзы, переполняли, чертили мокрые дорожки на побледневших щеках, срывались вниз. Честно? Равнодушия как не бывало.
«Прекрасный рост. Шея не затекает».
Теперь понимаю, с кем Сэй-ли сравнивал. Почему-то стало больно. Совсем немножко. Почти незаметно.
- Адайе-ли… он собирает сторонников, - дрожащим голосом проговорила Видара. – Только ради возможности быть с вами. Но адайе Дарион… Я не лгала. Он готов переступить через вашу пару. Потому что ваш поступок… для драконов… определил всё. Ваше происхождение, ваши способности… всё это теперь считают недопустимым. Настолько недопустимым, что ваша пара… не может соединиться.
- Вы пришли ко мне, чтобы рассказать об этом? Вы рады?
Я сохраняла спокойствие. Сказанное Видарой стройно уложилось в голове. У демонов с драконами давняя неприязнь, они держат нейтралитет, ибо худой мир лучше доброй ссоры. И тут я... ну конечно, разве встретят после этого с распростёртыми объятиями? Да кому я там нужна теперь, возвысившая врагов. А адайе Дариону нельзя терять лицо, однозначно поддерживая такую неоднозначную меня. По крайней мере, сейчас. Можно и пожертвовать чьим-то счастьем ради такого дела.
Сейчас же почему-то не удивилась совсем, хотя несколько минут назад и протестовала, что есть сил. И почему-то не думала об этих последствиях, когда работала над проклятием. Мне всё казалось безоблачным до сего момента, незыблемым. Почти.