- Почему так случилось?
- Я тоже как-то принимал «Сирень», причём дважды. Видимо, «Незабудка» потянулась к тому, кто больше подвергся действию её… противоположности.
Я удивилась, но потом решила, что ничего необычного – разве он, имея столь широкие возможности, не воспользовался бы шансом стать сильнее?
Пожалуй, стоит счесть этот поцелуй невероятной удачей. Если бы не уступила, то щеголяла бы выгоревшей магией спустя… какое время? И сколько бы я протянула после этого?
- Сколько времени нужно, чтобы это сработало?
- Оно действует постепенно, примерно месяц, - ответили мне. – И его действие необратимо.
Ну вообще замечательно.
- Вот сучка! – с чувством воскликнула я, хлопнув по подлокотнику кресла. – Но почему я не почувствовала эту, как её… «Незабудку»? И точно ли Видара передала мне её через поцелуй? Мы ещё чай пили вместе…
- Какая же ты доверчивая! – без тени насмешки заметил Мадарэ. – Кажется, ты не особо интересовалась магией демонов. Это заклинание восьмого порядка, под стать «Сирени», и демонскую магию данного уровня невозможно распознать без соответствующих амулетов.
А, ну да. Что-то такое припоминаю – кажется, при изучении самых азов демонской магии нам рассказывали об этом на лекциях. Теперь жалею, что не углублялась в её дебри – слишком уж чуждой она мне тогда казалась. Но кто ж знал, что я заведу столь тесные знакомства с этой расой?
- Полагаю, такой амулет у тебя с собой есть, да?
- О, конечно. И не только такой.
- Ну понятно, - вздохнула я. – Наверное, увешан ими, как дерево желаний – табличками. Даже боюсь предположить, в каких местах они у тебя находятся…
Мадарэ кашлянул, и я осознала, что ляпнула.
- К сожалению, у нас не тот уровень отношений, но если захочешь его сменить, то… - понизил голос, - я обязательно покажу тебе их все-все. Ни одного не утаю!
Пару секунд молчала. Прыснула и, не выдержав, расхохоталась. Ну от кого ещё, кроме Мадарэ, можно было ожидать такого предложения? Вон сам сидит, усмехается понимающе.
- Прости, это нервное, - отсмеявшись, сказала я. – Скажи, пожалуйста, мне стоит упомянуть об этом при адайе Дарионе?
- Ни в коем случае! – выпалил Мадарэ. – Это уже моё дело. Меня в очередной раз обыграли. Я должен разобраться с этим сам.
- Понимаю. Только позволь мне лично свернуть шею Видаре, пожалуйста! Я способна простить что угодно, но только не покушение на магию!
Внутри в самом деле всё клокотало от злости, и пальцы кололо просто нестерпимо. Разумеется, я не собиралась в буквальном смысле чинить расправу над демоницей, но от хорошей трёпки она точно не уйдёт!
Мадарэ хмыкнул.
- Да на здоровье, только перед этим я несколько раз прослежу, чтобы она тебя больше ничем не «угощала».
… - Ноэн Килхорн, вам понравилось печенье?
- Оно бесподобно, ноэни Индира. У вас золотые руки! – папа улыбнулся во всю ширь лица, а целительница расцвела, как лилия.
Я молчала, аккуратно заполняя ведомость. Сегодня я решила наведаться в Академию, презрев все звучавшие когда-то предостережения о вызовах на ковёр, допросах с пристрастием и прочем. У папы как раз по расписанию стояли утренние пары. Одну лекцию он уже провёл, а следующий семинар решила провести я. Соскучилась по адептам, да и нервозность снизилась. Если бы я осталась дома, в одиночестве, то уж точно сошла бы с ума от предстоящей аудиенции, а общество Идэ – это всё равно, что одиночество.
Идэ, кстати, пошёл со мной в Академию, предварительно сплетя совершенный покров невидимости и скрыв ауру, чтобы никто его не вычислил подле меня. Признаться, я была ошарашена, ибо несколько недооценила его. Правда, не очень хорошо отнеслась к идее пойти со мной в Академию, но лишь одна холодная фраза светлокосого: «У меня приказ» - пресекла на корню все возражения.
И вот мы впятером: я, отец, ноэни Индира, новенькая методистка и невидимый Идэ – находимся на кафедре целительства, где было весьма уютно и просторно в сравнении с другими кафедрами, и пьём восхитительный липовый чай с имбирным печеньем, приготовленным ноэни Индирой, активно строившей глазки моему отцу. О, безусловно, вне зависимости от возраста он всегда был очень хорош собою с его огромными голубыми глазами и мальчишеской улыбкой, а тут ещё и слухи о разводе с женой разлетелись вмиг, и логично было предположить, что внимание к нему прекрасной половины Академии взлетит до небес. Прекрасная половина – понятие растяжимое и включает как дам постарше из числа преподавателей, так и совсем юных девушек. Папа слишком порядочен для шашней с адептками, но я заметила, что он не отказывает себе в удовольствии деликатно пофлиртовать с заинтересованной в нём ноэни Индирой, которая в её сорок четыре года также выглядела весьма недурственно. Вроде бы она вдова?..