- Действует! – воскликнула сестра.
На безжизненной руке под действием зелья медленно, но верно начала проступать янтарная чешуя. Та самая, о которой Мила с такой жаждой грезила.
- Неожиданно. Такая тонкая и нежная, - сестра кончиками пальцев погладила чешую. Полезла в сумку и достала инструменты, о назначении которых Амрин мог только догадываться. Ими она, пыхтя, принялась отковыривать чешуйки. Послышался тихий скрежет.
- Ты посмотри – кажутся тонкими, а попробуй ещё… Пха!.. На, держи, - Мила протянула ему одну, ярко блеснувшую в тусклом свете. – Это тебе. Трофей.
- Спасибо.
- Так, остальное потом – это надолго. Что ж ты не обыскал-то? – она отстегнула ножны, находившиеся на ремне полукровки, и, вынув из них тонкий клинок, внимательно осмотрела его. – Этим, конечно, только пятки щекотать, но за трофей сойдёт. Бери, это твоё. И помоги взвалить её на спину.
Амрин встал на ноги и выполнил просьбу. Мила была очень сильной, и донести до места столь тяжёлую поклажу для неё не составит труда. Тем более что поклажа драгоценная, и сестра ни за что не доверила бы её кому-то другому, даже брату. Амрин и не возражал. Не хочет – не надо. Тут ещё сравнительно недалеко до западного и самого скрытого входа в подземелья. Нужно поторопиться – вдруг нежданно-негаданно нагрянут жаждущие расправы драконы?
Милавилль сразу пустилась лёгким бегом, бодро перепрыгивая через стволы упавших деревьев и прорываясь сквозь поросль кустарников, и это всё с учётом тяжеленного трупа, взваленного на её плечи. Амрин не отставал – левитация в этот раз подвела обоих, пришлось передвигаться на своих двоих. По языку расползался горько-кислый привкус дурного предчувствия. И, пожалуй, никогда ещё Амрину не казалось прежде, что он совершил невообразимую глупость.
Вдруг за спиной вспыхнул портал – его отблеск на миг озарил собой путь и ослепил слабые к свету глаза. Судя по яркости, он был огромен. Тёмные эльфы успели достаточно отдалиться от места убийства, но утробный, полный гнева рёв дракона резанул по ушам, будто бы раздавался совсем рядом. Земля под ногами завибрировала.
Мила остановилась, и вид её был безумен.
- Не отдам…
Повернулась лицом туда, где расправил крылья огромный изумрудный зверь.
- Попробуй отбери!!! – во всю глотку заорала она.
И припустила во всю прыть, не видя препятствий. Амрин замешкался, но дракон заревел вновь, и это подстегнуло помчаться вслед за сестрой, не чувствуя ног и лёгких. Только куда?! До входа в подземелья не успеют никак… надо спрятаться, но драконий огонь способен плавить камни, и от него не уйти.
В спину дохнуло жаром, и всё вокруг озарилось нестерпимо-жёлтым. Верхушки деревьев пригнулись, затрещали ветви от поднятого шквала – дракон взлетел и почти нагнал беглецов. Взмахи мощных драконьих крыльев чуть ли не вжимали в землю, ноги подкашивались, а запах дыма казался пыхтящим в затылок убийцей.
Амрин метнулся в сторону – справа взметнулась стена огня. Споткнулся о сухую ветку и плашмя рухнул наземь. Что-то ощутимо впилось в рёбра, но юноша сразу об этом забыл и вскочил на ноги. От дыма зудело горло, от яркого пламени слезились и болели чувствительные глаза, одежда липла к коже. С отчаянием Амрин понял, что окружён огнём. Лазейка, лазейка… куда бы, куда, чтобы не угодить в самое пекло?! Горело и трещало всё: и деревья, и кустарники. Пламя дышало и перекатывалось, щедро плевалось искрами – его раззадоривал крыльями озлобленный изумрудный ящер. Собравшись с духом, Амрин, опасливо пригнувшись, двинулся вдоль линии огня в надежде прорваться к маленькому звонкому ручью, на который они с Милой наткнулись по пути к месту засады. Правда, мелькнула мысль, что ручей может быть бесполезным, ведь он защитит от пожара, но не от дракона. Адреналин кипел, и Амрин не замечал запаха подпаленных волос и прожженные дырки в одежде, не замечал, как ему на самом деле жарко. Зато услышал, что на голос дракона наложился другой, идущий со спины.
Их что, двое?!
- Да чтоб вас… - выдавил Амрин, прижимая ладонь к носу.
Искать сестру расхотелось. Втянула его в сомнительное преприятие, а теперь он расхлёбывает. Да и сам хорош – повёлся на её слова. Наверное, он даже не пожалеет, если её сожгут вместе с трупом. Правда, если сам не сгорит к тому времени.
Изо всех сил Амрин пробежал между двух горящих деревьев и юркнул под один из замшелых валунов – он как раз лежал так, что в одном месте между ним и землёй остался просвет. Амрин нырнул туда и затих. Останься он снаружи, его бы точно испепелили, а так есть шанс выжить, пусть и с ожогами, если дракон обольёт огнём валун. В одиночку справиться с огромной чешуйчатой тушей он точно не сможет. Тем более с двумя тушами.