Я привыкла быть отвергнутой. Целиком и полностью принимали меня только родители, ну и в Академии я могла выдохнуть спокойно – там были умные, адекватные, взрослые люди, у которых хватало такта и совести не задавать лишних вопросов, не считая деликатных полушутливых намёков на рост, на которые невозможно было обижаться.
И вот… опять. Я в совершенстве умела справляться с травлей. Но то было детство и отрочество, и привычные способы могут не сработать. И то были люди.
Да, по сути я нагуляна от человека. Браки, заключённые по традициям людей, у драконов не считаются действительными. Выродок? Да! Тысячу раз да! Я не должна была родиться от проклятой драконицы, познавшей небеса. Я не должна сейчас жить!
Однако я живу. Назло всем, кто ополчился против.
Как бы то ни было, унижать я себя не позволю. И нападок не допущу ни на себя, ни на маму, как бы я сейчас к ней ни относилась.
Я не услышала шагов и не сразу заметила, что рядом с моим столом кто-то остановился. Это был шиндари Таамэ. Он едва заметно нахмурился, увидев выражение моего лица.
Невольно я посмотрела туда, где лежало письмо. Вопрос – ответ, и всё без слов.
- Понятно, - шепнул дракон.
- Простите. Я просто хотела посмотреть, что за книги вы читаете…
- Не страшно, - отмахнулся шиндари. – Всё равно ты бы узнала. Только не сегодня, а завтра, например.
Он сел за свой стол и развернулся ко мне боком. От этого жеста по коже пошли приятные мурашки – как будто из трескучего мороза попала в тёплое помещение с жарко растопленной печкой и ароматом травяного отвара. Мы были похожи на адептов Академии на перерыве между парами.
- На собрании, - проворчала я. – Только он будет не один. Их будет сразу много, и все против меня. Всё плохо.
- Не накручивай себя. Поддержки у нас всяко больше. А противники будут всегда.
Шиндари ободряюще улыбнулся, однако широкая улыбка меня не обманула – было видно, что и он расстроен из-за письма.
- В самом деле?
- Да, - кивнул он.
Я откинулась на спинку стула и вытянула ноги. Посмотрела в окно – всё те же сосны с белыми вершинами между ними.
- Хочется верить.
Я не спешила полагаться на слова шиндари. Вероятно, что он сказал их, чтобы я лишний раз не волновалась.
- Если поддержки большинство, как вы сказали, то… почему они так решили? – перевела взгляд на Таамэ, который внимательно следил за каждым моим движением. – Они не брезгуют дышать одним воздухом с полукровкой?
Дракон усмехнулся, на этот раз задумчиво. Думаю, мне тоже стоит собирать коллекцию усмешек на все случаи жизни. У него это получается очень здорово. Аж сердце ёкает от красоты.
- Большая часть от этой поддержки – женщины, - ответил он. – В тебе видят надежду. Ты отличаешься от остальных полукровок, и тебя готовы защитить в случае чего.
- Отличаюсь чем? Что родилась от обратившейся драконицы?
- Именно. Это сочли добрым знаком.
- Главное, чтобы порывистые девушки раньше времени не торопились выливать «Тишину» в умывальники, - хмыкнула я. – Пусть родители проведут с ними воспитательную работу и сдерживают их, пока я не найду способ помочь.
«Если я ещё решу, конечно, что вы достойны помощи, - пронеслась мысль. – Может, мне успеют напакостить так, что я уже ничего не захочу».
Погорячился этот товарищ насчёт большого сердца. У меня с этим проблемы. Никогда не замечала за собой особой любви к окружающим. Может, величина сердца измеряется чем-то другим?
«Ты уже согласилась», - прозвучали в голове слова папы.
Да, согласилась. Не буду лгать себе. Не то, чтобы я прониклась драконьей проблемой, но мне самой было интересно решить эту задачку. Среди немногочисленных коллег моё открытие произвело бы фурор! Да и папа, думаю, вздохнул бы с облегчением. Недоделанные дела подобных масштабов прилично отравляют жизнь.
- Кстати говоря, - продолжила я. – У меня к вам вопрос… может быть не очень приятным.
Таамэ вздохнул.
- Задавай.
- Вы были со мной вежливы, когда мы только встретились. У вас нет предубеждения против полукровок?
Дракон прикрыл глаза.
- У меня нет предубеждения против ребёнка Рен.
- Вот как. То есть будь я вообще чужой вам, вы могли бы быть против меня?
- Нет, я бы тебя поддержал.
- Почему? Вы мужчина, вам не принципиально, проклятие вас не коснулось.
И снова усмешка, но теперь уже какая-то странная. Я не смогла подобрать ей определение.
Таамэ сказал, что большая часть поддержки – это женщины. Мне действительно было интересно, чем руководствуется мужская часть.