Нож вошёл легко и почти незаметно – зелье подействовало. Разве что чувство было, будто в лёгком и сердце что-то мешается.
Вынул нож. Из раны по груди к животу бодро побежала струйка крови. Килхэ призвал магию и приложил колбу к ране. Та быстро наполнилась под завязку. От раны к колбе протянулась светящаяся красная нить, и кровь внутри наполнилась мягким светом.
За дверью слышались встревоженные, громкие, требовательные голоса. Кто-то пытался проникнуть в комнату, но Килхэ не обращал на это внимания – он разжимал плотно стиснутые губы Анджит, чтобы влить ей в рот сияющее содержимое колбы.
- Неро. Амадо. Ирио.
Отдаю. Ухожу. Люблю.
Всё.
После словесной формулы пути назад нет.
Пара секунд – и всё начинает неуловимо меняться. Чешуя на руке сглаживается, становится обычной кожей. Заострившиеся черты смягчаются, по телу возобновляет свой бег кровь и разносит подаренную жизнь. Килхэ стянул с шеи тряпицу – о смертельных ножевых ранениях напоминают лишь отслоившася короста да бледно-розовые свежие шрамы под ней. На щеках разливается робкий румянец.
Глубокий вдох – грудь под простынёй поднялась, опала с выдохом. Губы разомкнулись, голова качнулась вправо-влево. Тихий кашель вырвался из зажившего горла.
Заклинание Возврата сработало.
Телу было легко, тепло и приятно. Я открыла глаза и увидела глубокое, чистое, светлое небо без тени облачка. Привстала на локтях и с удивлением поняла, что лежу в снегу, и снег кажется скорее не снегом, а мягким пухом. И ветер был хоть и сильным, но совсем не холодным.
- Добро пожаловать! Наконец-то мы увиделись лицом к лицу, Джи-Джи.
Вздрогнула от неожиданности и уставилась на того, кто, скрестив ноги, сидел прямо передо мной, и весь его вид говорил, что снег ему тоже нипочём. Ветер трепал длинные изумрудные волосы, зелёные глаза смотрели с озорным интересом, но черты лица были довольно простоваты, чтобы считать незнакомца драконом дома Изумруда. Разве что только…
- Данэ?! – воскликнула я потрясённо.
- Правильно, - охотно кивнул тот. – Наконец-то мы увиделись лично, а то всё не получалось да не получалось…
- Где мы? – завертела головой и замерла в восхищении.
Мы с Данэ находились на вершине горы, выше залитых солнечным светом облаков. Нас окружали, пробиваясь сквозь их ровный пушистый покров, заснеженные головы соседей по хребту. А где-то там, внизу, далеко-далеко виднелась земля с тонкой извилистой лентой реки…
- Наши родственнички верят, что души умерших возносятся за облака, - пояснил Данэ. – Наверное, мы с тобой тоже переняли эту веру, раз находимся здесь. Не поспоришь ведь – в самом деле за облаками! – хмыкнул.
- А я мертва?!
- Ну а ты как думаешь? – щёлкнул языком зелёный полукровка. – С такими ранами, как у тебя, можно выжить только при срочном вмешательстве целителя, а такого рядом не было, а если бы и был, то…
Продолжения не требовалось. Последние воспоминания представли перед взором так ярко, словно бы всё произошло буквально секунду назад. Боль в правой стороне спины, помню, сбила меня с ног, и это мерзкое ощущение чужеродного предмета в теле, и больно так! Кажется, это была стрела. Потом на меня кто-то крепко насел, я сопротивлялась, но безуспешно из-за жгучей боли внутри бока, но потом меня схватили за подбородок, дёрнули вверх, и…
Почему-то факт смерти я приняла спокойно. Умерла и умерла. Ничего не попишешь. Даже неинтересно было узнать, кто убийца и зачем он это сделал. Такой результат ну совсем неудивителен. Не было желания броситься на поиски способа вернуться, не было недоверия, не было ощущения нереальности – вот она я, стою в снегу на заоблачной вершине и не чувствую холода. Разве что кольнула тоска по тем, кто остался там, внизу, в живых тёплых телах. Но мы уже слишком далеко друг от друга…
Зато Данэ рядом. Тот, в чьи глаза я очень хотела заглянуть при жизни.
- И что дальше? – спросила я наконец. – Мы с тобой всю вечность будем куковать здесь, на этой горе?
Данэ заозирался, словно надеясь увидеть здесь кого-то ещё.
- А я не знаю, кстати, - откликнулся он. – По идее, нас должны встретить и куда-то проводить… ну, судя по сказкам, а там кто его знает?
Голос его был высоким и звонким, но не похожим на голос Мадарэ. Мы были примерно одного роста, одного типа внешности, на вид примерно одного возраста. Ящерицы с человеческими лицами. Живи мы в одно время, я, возможно, обратила бы на него внимание как на очень привлекательного мужчину. Данэ в самом деле был недурен собою. И мы из одного камня вытесаны. Встретились, из разных времён, из разного окружения, но такие одинаковые!