Залепила конверт, написала адресата. Черновик второй статьи и писчие принадлежности разложила на специально освобождённой для этих нужд полке.
Взяла конверт.
Что-то мне подсказывает, что сейчас я привлеку к себе внимание. Много внимания.
Ну да, так и есть.
Широкие низкие каблуки гулко стучали по каменному полу библиотеки. За одним из столов сидели две синеволосые барышни и о чём-то бурно перешёптывались. Заметив меня, застыли с видом, будто бы произошло явление богов. Я не придумала ничего лучше, кроме как приветственно кивнуть им. Девушки спохватились и ответили мне тем же. Судя по их ожившим лицам, наваждение с них спало.
В другом конце зала сидел мужчина с роскошной тёмно-красной гривой – дом Рубина? И он действительно что-то читал, причём увлечённо – на мои шаги он не сразу отреагировал. Зато когда глянул на меня, то взгляд его стал напряжённо-заинтригованным, но безо всякого пиетета. Мы с ним тоже обменялись лёгкими кивками.
Странно. Сегодня посетителей маловато. Наверное, основная масса уже разошлась, и остались самые стойкие.
- Всё на сегодня? – дружелюбно спросила шидрин Ойнир, когда я протянула ей конверт.
- Пока да. Отправьте, пожалуйста, по указанному адресу, как только появится возможность.
- Обязательно.
Через библиотекаря в этом доме также проходила почти вся корреспонденция.
- Я оставила там, на полке, недоделанное…
- Да, конечно, я помню. Я присмотрю.
- Спасибо. Хорошего вечера.
На этом наш обмен любезностями закончился, и я поспешила уйти, провожаемая тремя любопытными взглядами. Не так уж много неудобств они мне доставили – бывало и похуже, а эти взгляды даже почти и не почувствовала.
До комнаты я дошла быстро. Надо бы умыться. Конечно, я люблю библиотеки, да и изрядная доля жизни там проходит, но после их посещения мне кажется, что я вся в пыли, даже когда на книгах ни пылинки.
Брин вовсю наводила марафет, что-то напевая себе под нос. А я встала, как вкопанная, стоило мне увидеть, что находится на стеклянном столе около дивана.
- Брин… ты… какой это по счёту?
- Шестьдесят третий, шидрин! – задорно откликнулась служанка. Она добросовестно выполняла моё поручение и вела подсчёт присланным подаркам.
- С ума сойти! – простонала я. Любопытство, однако, взяло верх над бессилием, и я открыла маленькую лакированную коробочку из тёмного дерева.
Серьги. Небольшие, с кремовыми жемчужинами. Никакой магии я в них не ощущала – это просто лаконичное, но изящное украшение. «С безграничным уважением и восхищением, Саймэ из дома Агата», - гласила записка, вложенная в коробочку.
– С этим надо что-то делать. Бросай метёлку и отведи меня к хранителю, - я выразительно похрустела пальцами. – У нас с ним сейчас будет серьёзный разговор.
- Шидрин… - начала было служанка, но я её перебила:
- Не начинай! Отведи меня. Я никак не запомню, где находится его… логово.
Брин едва заметно скривилась, но метёлку отложила. Наверное, она считает меня капризной сволочью. Но моё возмущение вполне обоснованно! Шестьдесят три подарка за пять дней – это как-то уж слишком! Мне становится очень неловко. Крайне неловко. А тётя Тамайн немного подождёт. Попрошу Брин передать, что я непременно буду, просто срочно надо решить некоторые вопросы.
А всё из-за чего? А из-за мероприятия, затеянного четыре дня назад шиндари Каридэ при поддержке главы Найджар, бабули Ланвир и Таамэ. «Дом Аметиста подыскивает жениха для дочери правящей линии. Каждый, кто хочет оказаться в списке кандидатов в мужья, может лично прийти в дом Аметиста и преподнести подарок», - гласила весть, разосланная во все знатные драконьи дома.
Такая формулировка была принята испокон веков, и все понимали её максимально правильно. Никаких обязательств ни со стороны каждого заявившего о себе мужчины, ни со стороны женщины, на руку которой претендуют – просто декларация о намерениях. Подарок – как знак внимания. Список желающих, из которых, возможно, будут выбирать мужа, когда придёт время. Такое письмо рассылается, только когда ищут жениха для девушки из правящей линии.
Когда я узнала, что то же самое применили и к моей персоне, то впала в ярость. Отыскала хранителя, который неспешно прогуливался неподалёку, как будто бы ничего не случилось, и потребовала свернуть предпринятые действия. В конце концов! Без моего ведома, без моего согласия, да и рано! Я ещё детёныш по их меркам, какие женихи?! У меня работа над проклятием, а они!..
Получив отказ, я обернулась и окатила хранителя огнём, забыв напрочь, что в антропоморфной форме драконы сохраняют огнеупорность, причём полную, даже волосы остаются в целости, чего не скажешь, увы, об одежде, которая сгорела на хранителе дотла. К счастью, этого я уже не заметила, так как взмыла в небо и полетела прочь, оставив шиндари Каридэ в чём мать родила.