Сразу двое на разную кровь. Только тело, в котором течёт эта мешанина, одно. И я в нём одна. Надеюсь.
Как поступить? Я обещала себе не повторять ошибок мамы и не причинять боль тем, кто меня любит. Но…
Пора перетрясти воспоминания и отыскать в этом хламе всё, что я когда-либо думала о мужчинах в своей жизни. Чего я от них хотела?
«Чтобы любил».
И всё? А что ещё?
Откровенно говоря, в последние годы, где-то с семнадцатилетнего возраста, я была уверена, что вообще останусь одна, без собственной семьи. Решила, что меня это полностью устраивает. Только я и моя магия – красота! Никто не отвлекает от работы и обучения, никто не требует внимания, времени и заботы. Праздник единоличности и эгоизма! Как я это обожала.
Однако же здорово уязвляло, что никто ни разу не заговаривал с папой о возможности породниться – ноэн Килхорн был одним из сильнейших магов крови, и состоять с ним в родственной связи было бы огромной честью. Но…
Что-то во мне было слишком не так. Настолько не так, что мужчины предпочитали связываться с гораздо более некрасивыми, менее одарёнными и менее обеспеченными, чем я. И даже не в росте дело, и не в дурном по человеческим меркам характере – у кого-то был и похуже. Если честно, то я предпочитала молчать об этом даже самой себе и запрещала лезть в эти дебри. С родителями тоже не заговаривала, хотя было сложно. Страшно было показаться слабой и уязвимой, особенно перед мамой.
Сейчас, возможно, я поняла, в чём дело. Я закрылась ото всех – все закрылись от меня. И наоборот. Замкнутый круг из числа тех, в которых так или иначе побывали все живущие. Более того – все ощущали мою чуждость. Люди не чурбаны, они чувствуют и воспринимают всё, но далеко не во всём признаются - например, в страхе перед чем-то слишком отличным от них не признается никто, особенно когда оснований нет. Ноэни Анджит не паук, не скорпион и не сороконожка, но всё равно не по себе.
О драконах я тогда совсем не думала и не мечтала – ужас мамы передался мне, и кто бы мог подумать, что сейчас я буду находиться в драконьем доме на почётном месте и нежиться в огромной ванне! Чего уж говорить о демонах – это было за гранью разумного, и я даже краем мысли не касалась подобного исхода.
Я лгала хранителю Каридэ. На самом деле я очень хотела встретить пару. Чтобы никуда от меня не делся и принял и рост, и характер, и магию. А хорохорилась я опять же для того, чтобы казаться сильнее, чем есть на самом деле.
И… наверное, мне всё равно, кто будет рядом со мной. Если рядом с ним я смогу выдохнуть и расслабить плечи – это идеальный мужчина. Если я не буду бояться быть какой угодно: злой, доброй, плачущей, смеющейся – это идеальный мужчина. Если я смогу смело и свободно высказывать свои мысли и идеи и заниматься тем, чем хочу – то, пожалуй, это идеальный мужчина. И самое главное – если он пойдёт мне навстречу, чтобы самому почувствовать всё то же самое, то я приму его целиком и полностью, каким бы характером он не обладал. Даже если он лукав и скрытен, как шиндари-нэ Мадарэ.
Остальное – работа. Даже в истинной паре. Мама с Таамэ пришли к этому только спустя много лет. У меня есть шанс избежать такого долгого и бестолкового пути. Поэтому, как бы скованно и неловко я себя не ощущала, мне необходимо увидеться с Сэйероном. Я сполна получила от изумрудной тени. Если оттолкну адайе-ли, признавшего меня своей, то буду ничем не лучше Мадарэ.
Как-то сами собой мысли перетекли в совсем иное русло. Хорошо, что вода горячая, и красноту щёк можно списать на неё. А то придёт Брин…
У дракониц отсутствовал такой интимный физиологический аксессуар, как девственность. Это обусловило их полную свободу в добрачных связях, и никого не волнует, кто, с кем, когда и сколько раз.
Я в этом плане была человеком – медосмотры тому свидетели. Если вдруг тело решит меня предать, то здесь никто и слова не скажет в осуждение, потому что это никого не волнует.
Несмотря на горячую воду, по коже пошли мурашки.
Я уже большая девочка. Всё, что нужно, давно знаю. Но знать – это одно, а применять к себе – совсем другое. Я настолько привыкла к мысли, что рядом со мной никого никогда не будет, что воспринимала любые разговоры на данную тему очень отстранённо, безотносительно к себе и своему телу. Сейчас же… всё слишком быстро изменилось. И чувства, вспыхнувшие к Мадарэ, породили совсем другие состояния.
Вороватое робкое предвкушение, что наконец-то и мне теперь будет доступно…
Так, довольно!
Волнения противопоказаны. А то додумаюсь до чего-нибудь.
Вдохнула, зажала нос и погрузилась с головой под воду.