- Изысканное украшение и очень сильный целительский артефакт, - вынесла она вердикт. – Заряжен под завязку. Демонская целительная магия, дарующая ясность ума. Носи смело – его ещё надолго хватит.
Вот это да! Адайе-ли очень любезен. Ясность ума мне пригодится.
- У меня ещё есть вопрос к хранителю Каридэ.
Пришло моё время для всяких неудобных реплик! И хранитель, кажется, это понял и заметно напрягся.
- Мы с вами как-то раз говорили, что есть некая женщина, на долю которой выпало две пары. Я хотела бы узнать, жива ли она ещё, и если да, то как можно её отыскать? И можно ли? Хотя бы её имя и дом.
Остроносая физиономия хранителя вытянулась – такого он точно не ожидал. Наследница Ланвир застыла. Таамэ и тётушка явно почувствовали себя лишними.
Мама сказала, что об этом случае не говорят, потому что считают его противоестественным. Но неужели это настолько запретная тема?
- Оставьте нас.
Дважды повторять не пришлось – все четверо шустро исчезли за дверью.
- А…
Всё произошло так быстро, что я не сообразила, что произошло. Остались только мы с главой Найджар, которая с усталым вздохом прислонилась затылком к спинке кресла.
- Эта женщина перед тобой. Спрашивай, что хотела.
Мешочек с жемчужиной выпал из ослабевших пальцев. Спохватилась и быстро подняла – подарок всё-таки.
А вот все слова и вопросы куда-то делись, будто и не было их. Я просто стояла и с открытым ртом смотрела на главу дома. Она же, как мне показалось, едва сдерживала смех.
Как. Как? КАК?! Как это произошло?! Почему она?!..
А ведь как хорошо удалось это скрыть. Хранитель Каридэ в разговоре ни малейшим намёком, ни сном ни духом не обозначил, что женщина, попавшая в столь неприглядную и сложную ситуацию – его собственная мать. Он говорил об этом, как о случившемся с кем-то посторонним и неизвестно когда. И никто вокруг не дал понять, что подобный эпизод в жизни Аметиста, да и всех драконов вообще был.
С ума сойти. И не вернуться обратно. К такому я оказалась не готова. Кажется, я на себе испытала то, что неоднократно описывалось в наблюдениях за родовыми привязками – я приняла не только кровь рода, но и его память. И она всей своей тяжестью легла на мои плечи.
- Я понимаю, что мы никуда не торопимся, но… - глава Найджар снисходительно улыбалась и внимательно следила за выражением моего лица.
- Где ваш муж?
Клянусь, не этот вопрос должен был сорваться с языка. Но прозвучал именно он.
Улыбка растаяла. Бабуля Най-Най прикрыла глаза.
- Эпидемия «золотого рисунка»… она его у меня отняла.
- О…
- Двадцать один год назад это произошло, - предвосхищая уточняющий вопрос, сказала она. – Линар с тех пор боится смерти – тогда умерла её мать, жена Эльдерэ. Тогда же умер мой младший сын – отец Эльдерэ. Тогда много кто лишился родных… много, - вздохнула.
«Золотой рисунок» - магическая зараза, которая передаётся через телесный контакт с заражённым. Проявляется проступающим на коже золотистым узором, который постепенно, но стремительно расползается по телу, необратимо поражая магический резерв и нервную систему. В то время самым страшным было отсутствие лечения – увы, гениальные драконьи целители оказались бессильны, однако беда заставила их найти решение. Правда, когда ряды драконов уже изрядно поредели.
Вроде как демонов тогда тоже здорово задело, но о массовых смертях среди них не было упоминаний. Кажется, заражённые демоны оставались в живых, но магия их безнадёжно выгорала. И на коже некоторых остался золотой рисунок.
Страшная вещь. Страшно представить, как бы она ударила по людям. Благо тогда дальше драконов и демонов эпидемия не распростёрлась.
- А что стало… со вторым?
Бабуля Най-Най выдержала короткую паузу.
- Его не стало в то же время. Золотой узор расцвёл и на нём.
Вот так. Она лишилась обоих. И принятого, и отвергнутого.
Какая, должно быть, пустота внутри, когда навсегда лишаешься пары… Драконы, говорят, не живут долго после смерти своего истинного избранника, а тут сразу двое ушли.
Так. Стоп. Сколько лет прошло? Двадцать один год?!
Глава Найджар хмыкнула, продолжая наблюдать за мной.
- Как вы это пережили? – тихо спросила я. – Потеряли обоих…
Она снова помолчала. Тонко улыбнулась.
- Наверное, ты хотела спросить, не как, а почему я до сих пор топчу эту землю. Знаешь, детёныш, мне всю жизнь пророчили необыкновенную судьбу. Я вынуждена была признать, что пророчество правдиво, когда столкнулась с двоими, которые предназначались мне, - тут на её тронутом морщинами лице промелькнуло какое-то совсем девичье смущение. – Смерть очень жестоко обрывает привязку. Выжившая пара испытывает горе, которое невозможно вынести, и поэтому мы так быстро уходим вслед за своими единственными. Я была почти у черты, но… необыкновенная судьба должна была оказаться сильнее горя. Я так решила. Моё время не пришло и придёт нескоро. И ты – ещё одно тому доказательство.