– Они пытаются изменить Закон о размножении?
– «Пытаются» здесь – ключевое слово, а успех – совсем другая история, – прозвучал чей-то голос.
Калеб широко раскрыл глаза, я обернулась и чуть не уронила стакан. Каин Порос, одетый в униформу Ковенанта, сидел на перилах.
– Что ты здесь делаешь?
– Нянчусь, – проворчал Каин. – И мне плевать, что ты пьешь. Перестань пытаться спрятать стакан.
Я улыбнулась.
– Значит, они пытаются изменить Закон о размножении?
– Да, но это встречает большое сопротивление.
Он остановился и куда-то посмотрел. Его глаза сузились, будто кто-то собирался развести костер прямо здесь.
– Эй! Да, ты! Вернись обратно, сейчас же!
Калеб потянулся ко мне, незаметно опустив стаканчик.
– Ненавижу. Закон о размножении… Это даже звучит смешно.
– Согласен. – Каин кивнул. – Они всегда его так называли.
Вокруг нас собиралась аудитория.
– Кто-нибудь, поясните мне, что они пытаются изменить?
– Они организовывают петицию об отмене указа о смешивании.
Некий юноша с каштановыми волосами ухмыльнулся.
– Петицию, позволяющую полукровкам и чистокровным смешиваться?
Мои глаза расширились.
– Что толкнуло их на это?
Парень-чистокровка фыркнул.
– Не надейтесь. Этого не произойдет. Разрешить полукровкам и чистокровным смешиваться – не единственное, к чему они стремятся. Никто не пойдет против воли богов и не позволит полукровкам оказаться в Совете. Не о чем волноваться.
Мне очень хотелось выплеснуть содержимое моего стакана ему в лицо, но я сомневалась, что Каин это одобрит.
– Кто ты?
Его глаза впились в меня. Ему не нравился мой тон.
– Разве не я должен задавать этот вопрос, полукровка?
Прежде, чем я успела ответить, вмешался Калеб:
– Его зовут Коди Хейл.
Я проигнорировала Калеба и хмуро взглянула на чистокровного.
– Нужно ли мне знать, кто ты?
– Перестань, Алекс.
Каин слез с перил, напомнив мне о моем месте в системе.
– В любом случае, я слышал, как члены Совета говорили об этом. У полукровок из Ковенанта Теннесси хорошая поддержка. Они ходатайствуют о том, чтобы быть в Совете.
– Сомневаюсь, что они когда-нибудь там окажутся, – сказал Калеб.
– Мы не знаем, – ответил Каин. – Есть большой шанс, что Совет услышит их и, может быть, даже согласится.
Мои брови поднялись.
– Когда это все началось?
– Примерно год назад. – Каин пожал плечами. – Поднялось много людей. Ковенант Южной Дакоты тоже привлекли.
– А как насчет Нью-Йорка? – спросила я.
Калеб фыркнул.
– Алекс, филиал в Северной Каролине все еще живет в Античности. Их главный Совет в Нью-Йорке по-прежнему придерживается старых правил и обрядов. Там другой мир – варварский.
– Ну, если там такое мощное движение, то почему Гектор и Келия в беде?
Я нахмурилась, вспомнив, как Калеб рассказывал мне эту историю.
– Потому что еще ничего не произошло. И я думаю, что наши министры хотят сделать из них показательный пример. – Губы Каина сжались.
– Ага, напомнить нам о нашем месте и о том, что произойдет, если мы нарушим правила, – вставил Джексон.
Он протиснулся сквозь толпу. На его губах играла улыбка, несмотря на то, насколько безнадежно прозвучали его слова.
– О, во имя любви богов, – воскликнул Каин.
Двое полукровок пытались завести квадроцикл.
– Вам двоим лучше находиться в миле от этой штуки, когда я до нее доберусь. Да! Вам двоим!
Разговор о петиции прекратился, а вокруг появилось еще больше пластиковых стаканчиков. По всей видимости, политическая дискуссия была лишь социально приемлемым ритуалом перед третьим тостом.
Я все еще думала над Законом о размножении, когда рядом со мной на качели приземлился Джексон.
Я посмотрела вверх, улыбаясь.
– Привет.
Он сверкнул очаровательной улыбкой:
– Ты видела Ли?
– Кто же ее не видел? – хихикнула я.
Он счел это таким смешным, но мое кроткое замечание послужило двум целям. Остаток вечера Джексон сидел, практически приклеившись к моему бедру. Когда Ли увидела, насколько мы близко, ее лицо побагровело. Я отсалютовала ей стаканчиком.
Прищуренный взгляд, который она метнула в мою сторону, сказал все. Довольная собой, я повернулась к Джексону.
– Твоя девушка выглядит не слишком-то счастливой.
– Ее не было с тех пор, как ты вернулась. – Он провел пальцем по моей руке. – Что каждый раз происходит между вами?
Ли и я всегда были такими. Я думала, что это во многом связано с тем, что мы обе агрессивные и чертовски крутые. Но было что-то еще. Я просто не могла вспомнить.
Я пожала плечами:
– Кто ж знает?