– Ты пожалеешь об этих словах.
Губы Коди скривились в ухмылке. Он не боялся меня.
– Ух ты. За угрозу чистокровному полагается отчисление. Может, это как раз то, чего ты хочешь? Тогда ты сможешь воссоединиться со своей матерью.
Если бы не вмешался Дикон, я бы вмазала Коди.
– Хватит. – Дикон подтолкнул меня к стеклянным дверям.
– Я убью его! – прорычала я, когда мы оказались снаружи.
– Нет, нет. – Дикон сунул мне фляжку. – Выпей. Это поможет.
Я открутила крышку и сделала огромный глоток. Жидкость обожгла внутренности и только подогрела гнев. Я попыталась проскользнуть мимо Дикона, но не тут-то было.
Черт его побери.
– Я не позволю тебе вернуться. Твой дядя, может, и большая шишка, но если ты побьешь Коди, твоей заднице крышка.
Он был прав, но я улыбнулась.
– Это того стоит.
– Стоит? – Он шагнул в сторону, кудри упали ему на глаза. – Как думаешь, что почувствует Эйден?
– А?
– Если тебя выгонят… Ты подумала о моем брате?
Я разжала кулаки.
– Не знаю.
Дикон направил на меня флягу.
– Он сам виноват. Думаю, он плохо тебя тренировал или давал мало советов. Ты действительного этого хочешь?
Мои глаза сузились. Мне не нравились его рассуждения.
– А как ты думаешь, что он чувствует, видя, как его брат упивается алкоголем?
Он медленно опустил флягу.
– Туше.
Через несколько секунд пришла подмога.
– Что, черт возьми, случилось? – спросил Калеб.
– Некоторые из твоих друзей дебилы, – ответил Дикон.
Калеб нахмурился и подошел ко мне.
– Кто-то из них тебя обидел? – На его лице вспыхнул гнев, когда я рассказала ему о Коди. – Ты шутишь, что ли?
Я скрестила руки на груди.
– Я выгляжу так, будто шучу?
– Нет. Давайте просто вернемся на остров. Эти придурки ничего не понимают.
– Никто не понимает, – ответила я. – Ты можешь остаться здесь со своими друзьями, а я возвращаюсь. Это было ужасно.
– Эй! – Брови Калеба поднялись. – Они не мои друзья. Ты мой друг! И я понимаю, Алекс. Я знаю, ты через многое прошла.
Я обернулась. Я знала, что это неразумно, но не могла остановиться.
– Ты понимаешь? Какого черта ты вообще можешь понять? Твоя мама не ищет тебя! Твой отец все еще жив! Он не даймон, Калеб. Как, черт возьми, ты можешь что-то здесь понимать?
Он вытянул руки, будто мог физически остановить мои слова. Боль промелькнула на его лице.
– Алекс? О боги.
Дикон вздохнул и сунул фляжку в карман.
– Алекс, попробуй успокоиться. Ты здесь не одна.
Он был прав. В какой-то момент здесь собралось много людей. Они слонялись по огромной веранде в нетерпении. Они хотели драку, но не получили ее. Я глубоко вздохнула и попыталась обуздать гнев. Провал.
– Каждый тупица здесь думает, что я виновата в смерти этих людей!
Калеб не верил своим ушам.
– Это неправда. Послушай. У тебя просто стресс. Давай вернемся.
Мое самообладание разбилось вдребезги. Сокращая расстояние между нами, я думала, смогу ли ударить лучшего друга. Вполне возможно, но я так и не узнала. Из ниоткуда появился Сет, одетый в черное. Он никогда не снимает эту форму?
Его присутствие не только ошеломило меня, но и успокоило всех вокруг. Он бросил на меня проницательный взгляд, а затем произнес:
– Достаточно.
Кому-нибудь еще я бы сказала проваливать отсюда нахрен, но это был Сет. Мы посмотрели друг на друга. Очевидно, он ожидал, что я прислушаюсь к его словам.
С видимым усилием я отступила. Калеб сделал шаг ко мне, но Дикон схватил его за руку.
– Отпусти ее.
И я ушла. Вскоре Сет догнал меня.
– И ты позволила кучке чистокровных испортить тебе настроение?
– Ты маньяк, Сет. Сколько ты там стоял?
– Я не маньяк, и я стоял там достаточно долго, чтобы понять, что ты потеряла самоконтроль. Мне это нравится в тебе, это интересно. Но ты должна знать, что не несешь ответственности за то, что сделала твоя мать. Кого волнует, что думает кучка испорченных чистокровных?
– Ты не знаешь наверняка, сделала ли моя мама что-нибудь!
– Серьезно? – Он рассматривал мое лицо. – Ты глупая. Теперь можно добавить в список прилагательных, описывающих тебя, еще одно.
Я задалась вопросом, какие были другие прилагательные.
– Без разницы. Просто оставь меня в покое.
– Она даймон. Она убивает. Убивает невинных людей, Алекс. Это то, что она делает, но это не твоя вина.
Я действительно хотела пнуть или ударить его, но это ни к чему бы ни привело. Рука Сета сжала мое предплечье. Мир взорвался.
Волна электричества пронзила мое тело. Это было похоже на то, что я чувствовала, когда он находился рядом, но в сто раз сильнее. Я не могла говорить, и чем дольше Сет держал меня, тем безумнее все становилось. Полоска яркого синего света обвилась вокруг наших рук. Инстинктивно я понимала, что этот свет соединяет нас – связывает нас вместе.