– Он сказал, что она их убила. – Я резко вздохнула. – То, что она получает огромное удовольствие от этого.
Сочувствие сияло в его холодных глазах.
– Алекс, извини. Я знаю, ты надеялась, что это не так. Ты в порядке?
Не совсем, но мне хотелось казаться сильной для него.
– Да.
Он сжал губы.
– Мы… поговорим позже, хорошо? Я дам тебе знать о следующем занятии. В ближайшие пару дней все будет… хаотично.
– Эйден… Каин сказал, что она ищет меня. Что она идет за мной.
Эйден дотронулся до моей щеки; его голос звучал настолько непреклонно, что я не сомневалась ни в одном его слове.
– Я не позволю этому случиться. Ты никогда не встретишься с ней лицом к лицу.
Я сглотнула. Эта близость, его прикосновения вызывали столько воспоминаний. Мне потребовалось время, чтобы ответить.
– Но если бы я оказалась рядом с ней, я могла бы сделать это.
– Каин сказал что-нибудь еще?
Она будет продолжать убивать, пока не найдет тебя…
Я покачала головой. Чувство вины пожирало мою душу.
– Ты опять собираешься сделать глупость.
Я слабо улыбнулась.
– Ну, обычно я делаю это примерно раз в день.
Эйден поднял бровь, в его ярких глазах на мгновение промелькнуло удивление.
– Нет, я не это имел в виду.
– Тогда что?
Он покачал головой.
– Ничего. Скоро поговорим. – Он прошел мимо Сета в комнату.
На мгновение у обоих на лицах застыло взаимное уважение, хотя неприязнь, определенно, оставалась.
Я ушла раньше, чем Сет успел меня остановить. К тому времени, как я вернулась в общежитие, несколько учеников стояли на крыльце. Новости распространялись быстро. Самой шокированной казалась Ли.
Взглянув на нее, мое сердце сжалось. По ее собственным меркам она выглядела ужасно, то есть примерно так же, как все мы в обычный день. Я не знала, что ей сказать. Мы не были друзьями, но то, через что она прошла, было невообразимо.
Что я вообще могла сказать? Никакие извинения или слова соболезнования не утешат ее. Глаза у нее были красными, пухлые губы сжались в узкую линию. Я понимала, что она чувствует.
Наши взгляды встретились, и я вымученно произнесла:
– Прости… за все.
Удивительно, но Ли кивнула. Я хотела, чтобы она назвала меня стервой или высмеяла в лицо. Это было бы лучше. Лучше, чем это. Уставшая от боли, я прошла по коридору мимо группы девушек. Они шептались и были правы. Моя мать – даймон-убийца.
В комнате я свалилась на кровать. Одетая, я забылась сном, который возникает у людей только после столкновения с чем-то, что меняет жизнь. Как-то в этом сумрачном состоянии я поняла, что когда мы с Сетом дотронулись друг до друга в лазарете, синего света не было.
На следующий день Эйден оставил записку о том, что занятий пока не будет. Он не упомянул, когда снова свяжется со мной. Я беспокоилась. Сожалел ли он о том, что случилось между нами? Он все еще хочет меня? Мы когда-нибудь вновь поговорим?
Я запуталась, но ничего не могла поделать. С тех пор, как проснулась, я могла думать только о том, что почти произошло между нами. Становилось жарко и стыдно. Я посмотрела на огромную книгу, которую он одолжил мне. Она лежала на полу рядом с диваном. В голове появилась идея. Я могла бы вернуть ее – достаточно невинная причина, чтобы увидеть его. Схватив ее, я отворила дверь.
Там стоял Калеб с коробкой пиццы.
– О! – Он отступил назад, пораженный.
– Привет. – Я не могла смотреть на него.
Он опустил руку – очевидно, как раз собирался постучать. Повисло неловкое молчание.
– Итак, ты сейчас читаешь греческие басни?
– Гм… – Я посмотрела на чертову книгу. – Полагаю, да.
Калеб закусил нижнюю губу – нервная привычка с детства.
– Я знаю, что произошло. Я имею в виду… твое лицо как бы само говорит. – Я машинально коснулась порезанной губы. – Я хотел убедиться, что ты в порядке.
Я кивнула.
– Смотри. Я принес еду. – Он с усмешкой поднял коробку. – И меня поймают, если ты не впустишь меня внутрь или не выйдешь на улицу.
– Хорошо. – Я бросила книгу на пол и последовала за ним.
По дороге во двор я выбрала безопасную тему для разговора.
– Я видела Ли вчера утром.
Он кивнул.
– Она вернулась поздно ночью и была довольно сдержанной. Хоть она и полная сука, мне ее жаль.
– Ты разговаривал с ней?
Калеб кивнул.
– Она зависает. Знаешь, я не уверен, что ее действительно поразила эта ситуация.
Я понимала больше, чем он. Мы нашли тенистое место под большими оливковыми деревьями и сели. Я взяла пиццу, укладывая кусочки пепперони в рот.
– Алекс, что на самом деле случилось с Каином? – Он перешел на шепот. – Все говорят, что он стал даймоном, но это невозможно, верно?