– Спасибо тебе за все. За все, что ты сделала за меня. – Я остановилась, чувствуя слезы, стекающие по лицу. – Я очень скучаю по тебе. Я всегда буду любить тебя.
Мои пальцы задержались на лодке еще секунду, а затем пенистые волны унесли ее от меня. Три лодки с зажженными свечами уходили все дальше и дальше. Небо потемнело. Калеб ждал меня на песке, за ним стоял Эйден. Если Калеб и думал о присутствии Эйдена, это не отражалось на его лице.
Я вернулась на пляж. Расстояние между Эйденом и мной, казалось, испарилось, и мы остались только вдвоем. Когда я подошла к нему, на его губах появилась легкая улыбка.
– Спасибо, – прошептала я.
Эйден, казалось, понимал, что я благодарю его не только за огонь. Он говорил тихим голосом, так что только я могла слышать его.
– Когда мои родители умерли, я никогда не думал, что снова обрету мир. Я знаю, что у тебя это получилось, и я счастлив. Ты заслуживаешь этого, Алекс.
– Но ведь потом ты обрел мир?
Он протянул руку и провел пальцами по моей щеке. Это был такой быстрый жест, что я знала, Калеб этого не заметит.
– Да. Сейчас.
Я желала сказать ему так много, но не могла. Мне нравилось думать, что он знает об этом, и он, вероятно, знал. Эйден отступил назад, окинул меня взглядом на прощание, повернулся и направился домой.
Вернувшись туда, где сидел Калеб, я села рядом и положила голову ему на плечо. Время от времени соленая вода щекотала наши пальцы. Песок на острове у побережья Каролины был теплым, а воздух все еще пах летом.