С тех пор, как Люциан поселился на главном острове, казалось, что кто-то должен был знать о присутствии Аполлиона раньше. Этот вопрос был гораздо более интересным.
Аполлион, как правило, охотится на даймонов. Люк вскочил на перила.
— Почему он должен охранять Люциана? Может, что-то происходит?
Калеб бросил взгляд назад, на здание.
— Вполне возможно. Может быть, Люциану угрожали.
— Чем? — Я нахмурилась, прислонившись к одной из колонн.
Он всегда в окружении дерьмовой тонны Охранников. Ни один даймон не мог приблизиться к нему.
— Кого это волнует? — Лея втянула свою нижнюю губу и вздохнула. — Аполлион здесь, и он очень горячий. Мы должны беспокоиться о чем-то ещё?
— Вау! Ты станешь прекрасным Стражем на один день.
Она с издевкой посмотрела на меня.
— По крайней мере, я буду Стражем хоть один день.
Мои глаза сузились, когда я посмотрела на Лею, но бесконечное волнение Оливии, которое она показывала тем, что беспокойно дёргалась рядом с нами, притупило мой гнев.
— Что ты делаешь?
Оливия подняла свои карие глаза.
— Прости. Просто... я так волнуюсь сейчас. — Она вздрогнула, обняв себя за талию. — Я не знаю, почему вы, ребята, говорите, что он горячий. Не поймите меня неправильно, но он Аполлион. Вся эта сила пугает.
— Вся эта сила сексуальна. — Лея откинулась назад, закрыла глаза и вздохнула. — Можете ли вы представить себе, какой он в...?
Двери позади нас распахнулась, и Эйден, поманил меня. На ступенях ниже стало тихо. Я проигнорировала это, покинув мою маленькую группу врагов и друзей.
— Так скоро? — спросила я, когда оказалась внутри.
Он кивнул.
— Я думаю, они хотят покончить с этим.
— Оу.
Я пошла за Эйденом наверх.
- Эй. Спасибо за форму.
Вспомнив об этом, я улыбнулась. Он оглянулся через плечо.
— Это не было проблемой. Ты хорошо в ней выглядишь.
Мои брови взлетели вверх, а мое сердце ухнуло вниз. Краснея, Эйден отвернулся.
— Я имел в виду... приятно видеть тебя в форме.
Моя улыбка выросла до невероятных размеров. Я догнала его и поднялась по лестнице вместе с его высокой фигурой.
— Значит... это Аполлион?
Эйден напрягся.
— Я понятия не имел, что он будет с Люцианом. Его перераспределение, должно быть, случилось не так давно.
— Зачем?
Он толкнул меня в плечо.
— Есть некоторые вещи, которые я не могу разглашать, Алекс.
Я бы приняла это в штыки, но он сказал это таким дразнящим тоном, который заставил меня чувствовать себя легко и забавно.
— Это не честно.
Эйден ничего не ответил на это, и мы поднимались пару этажей в молчании.
— Ты... ничего не почувствовала, когда пришел Сет?
— Сет?
— Аполлиона зовут Сет.
— Оу. Это скучное имя. Он должен зваться как-то более интересно.
Эйден тихо рассмеялся.
— Как же он должен зваться?
Я задумалась на мгновение.
— Я не знаю. Что-то греческое или, по крайней мере, что-то потрясное.
— Как бы ты его назвала?
— Я не знаю. Что-то классное, по крайней мере. Может, Аполлон. Аполлон -Аполлион.
Эйден рассмеялся.
— И все-таки, ты что-нибудь почувствовала?
— Да... было странно. Почти как электрический ток или что-то в этом роде.
Он кивнул, все еще улыбаясь.
— Это его эфир. Он очень мощный.
Мы дошли до верхнего этажа, и я вытерла рукой лоб. Чертова лестница.
— Почему ты спросил?
— Ты выглядела немного странно. Это немного тревожит первый раз, когда ты сталкиваешься с ним. Я бы предупредил тебя, если бы знал, что он собирается быть здесь.
— Это было не самым неприятным делом.
— Да?
Я глубоко вдохнула.
— Татуировки ... были более тревожными.
Я внимательно наблюдала за ним. Его реакция показала бы, если я была сумасшедшей. Эйден впал в полный ступор.
— Что? — О да, я схожу с ума.
Он подошел на шаг ближе.
— Какие татуировки, Алекс?
Я с трудом сглотнула под пристальным взглядом его глаз.
— Я думаю, что видела некоторые метки на нем. Их не было сначала, они появились потом. Я ... думаю, что видела.
Эйден медленно выдохнул, не отрывая глаз от моего лица. Он протянул руку, откинув прядь моих волос, которые выбились из хвоста. Его рука задержалась на моей щеке, и в этот момент не было ничего более важного, чем это. Как в тумане, я уставилась на него. Все закончилось слишком быстро, его рука опустилась, и его глаза встретились с моими. Я могла видеть, что он хотел сказать что-то, но по какой-то причине не мог.