— Тайны Аполлиона. Я не могу рассказать о них. — Он подмигнул мне прежде, чем посмотреть своими янтарными глазами на Эйдена. — Как она может быть готова к борьбе, если она не умеет владеть единственным оружием, которое она будет иметь против даймона?
Сет получил несколько очков крутости в мою книгу за этот вопрос. Я посмотрела на Эйдена с ожиданием. Холодным и неприятным выражением он заработал намного больше очков крутости.
— Я не знал, что ты имеешь какое-либо отношение к ее подготовке. — Эйден выгнул угольно черную бровь.
— Я нет. — Сет отодвинулcя от стены и стал прогуливаться через учебную комнату. Он взял один из кинжалов у стены и посмотрел на нас. — Я уверен, что мог бы убедить Маркуса или Люциана позволить Алекс иметь несколько раундов со мной. Хотела бы ты этого, Алекс?
Я чувствовал, что Эйден напрягся около меня, и я покачала головой.
— Нет. Нет, правда.
Медленная улыбка появилась на лице Сета, когда он щелкнул кинжалом в руке.
— Правда, я позволил бы тебе играть… со взрослыми игрушками. — Он остановился передо мной, предлагая ручку лезвия для начала. — Давай. Возьми это.
Мой пристальный взгляд обратился к блестящему металлу в его руке. Его кончик был зверски острым. Я как будто находилась под сильным принуждением и достигла его. Эйден сжал руку Сета и вытащил кинжал. Пораженная, я посмотрела на Эйдена. Его разъяренные серебряные глаза смотрели на Сета.
— Она будет обучаться с кинжалами, когда я решу. Не ты. Твое присутствие здесь не приветствуется.
Глаза Сета посмотрели на руку Эйдена. Его улыбка не дрогнула не единого раза.
— Ужасный контроль, не так ли? С каких пор чистокровные стали заботиться о том, что касается полукровок или не касается?
— С каких пор Аполлон стал интересоваться полукровной девочкой? Можно подумать, что у него нет других дел.
— Можно было рассчитывать на то, что чистокровный хорошенечко подумает, прежде чем влюбиться в...
— Хорошо. — Я ступила между этими двумя, понимая, что только боги знали о том, что Сет собирался сказать. — Ведите себя хорошо, ребята.
Ни один из них, казалось, не услышал и не увидел меня. Вздохнув, я схватила руку Эйдена. Он снова посмотрел на меня.
— Практика закончена, правильно?
Неохотно, он отпустил запястья Сета и отступил. Даже он выглядел удивленным своим ответом, но он всё ещё пристально наблюдал за Сетом.
— Пока — да.
Сет снова перевернул лезвие, его пристальный взгляд сосредоточился на мне еще раз.
— Фактически для меня нет ничего лучше, чем интересоваться полукровной девочкой.
Что-то сказанное им, вызывало у меня озноб. Или это было просто мастерство, с которым он орудовал клинком.
— Думаю, я пас.
После того, как Эйден и я остались в учебной комнате, никто из нас не говорил. Не знаю, почему Эйден отреагировал так сильно, или почему Сет почувствовал, как нужно нажать на Эйдена. Но к тому времени, когда я встретилась с Калебом, я затолкнула эти мысли в самый дальний уголок своего мозга, чтобы подумать об этом позже.
Калеб решил, что нам нужно веселье, а веселье было на главном острове, на еженедельной киноночи Зарака. Он всегда получал на руки только что вышедшие фильмы, и это было большое дело - смотреть, то, от чего мир смертных в настоящее время сходит с ума. Я была удивлена, что он по-прежнему проводил ее после похорон, но предполагала, что все нуждались в напоминание о том, что они еще живы. Но как только мы прибыли в его дом, я поняла, что весело не будет.
Все замолчали, когда мы спустились в подвал, который был превращен в мини-театр. Чистокровные и полукровки смотрели на меня, и когда Калеб последовал за Оливией наверх, люди начали шептаться. Притворившись, что меня это вовсе не беспокоит, я села на один из пустых любовных мест и сфокусировалась на пятне на стене.
Гордость не позволяла мне выйти из комнаты. Через несколько минут Дикон оторвался от группы и присоединился ко мне.
— Как поживаешь?
Я одарила его скучающим взглядом.
— Замечательно.
Он предложил мне выпить из своей фляжки. Я взяла ее и сделала глоток, наблюдая за ним краем глаза.
— Осторожнее, — он усмехнулся и вынул фляжку из моих пальцев.
Жидкость обожгла моё горло и заставила мои глаза слезиться.
— Господи, что это такое?
Дикон пожал плечами.
— Это мой специальный микс.
— Ну... это конечно всё объясняет.
Кто-то с другой стороны комнаты прошептал что-то, что я не смогла разобрать, но Коди чуть не лопнул от смеха. Чувствуя себя параноиком, я пыталась не замечать его.
— Они говорят о тебе.
Медленно я повернулась к Дикону.