Калеб повернулся на бок, едва избегая этого. Я отшатнулась, поскольку мир горел в красном и фиолетовом пламени. Дождь не сделал ничего, чтобы сломить неестественный огонь. А она стояла - высокая и прямая, как ужасная богиня смерти. Уже дважды, я была не в состоянии увидеть это. Там на аллее и несколько секунд назад в комнате, когда я поняла, что у меня есть ковенантский кинжал в кармане.
— Лекси, ты обещала мне, что не убежишь. — Голос ее звучал на удивление спокойно. — Не так ли?
Моя рука скользнула в боковой карман.
— Я лгала.
— Я позаботилась о Даниэле. Тебе не придется беспокоиться о нем. — Она придвинулась ближе. — Все будет в порядке. Лекси, тебе надо присесть. Ты вся в крови.
Я посмотрела на себя. Бег заставил мою кровь пульсировать. Я чувствовала, что она стекала по моим рукам и шее. Я была несколько удивлена тому, что она ещё осталась у меня. Уголком глаза я заметила, как что-то темно-синее замелькало в языках пламени.
— Просто сделай это, Рейчел. Она слаба. — Ярость и нетерпение было в словах Эрика. — Позаботься о ней и давай валить отсюда!
Это правда. Легкомысленный и несбалансированный кролик лучше всего может получиться из меня именно сейчас.
— Не подходи ближе.
Мама засмеялась.
— Лекси, это скоро кончится. Я знаю, тебе страшно, но тебе не о чем беспокоиться. Я позабочусь обо всем. Ты мне не доверяешь? Я твоя мать.
Я попятилась и остановилась, когда почувствовала жар от огня.
— Ты не моя мать.
Она двигалась вперед. Где-то в отдалении я подумала, что слышу, что меня зовут. Его голос – голос Эйдена. Это могло быть галлюцинацией, потому что ни Эрик, ни моя мама не отреагировали на звук, но даже если бы это было просто проявлением моего подсознания, он придал мне силы, чтобы не стоять на месте. Мои пальцы скользнули по кинжалу. Как же они упустили это?
— Ты мне не мать, — снова сказала я, мой голос прозвучал хрипло.
— Детка, ты запуталась. Я твоя мать.
Мой большой палец опустился на спусковую кнопку.
— Ты умерла в Майами.
В ее глазах появился опасный блеск.
— Александрия... других вариантов нет.
Подожди, прошептал голос в моей голове, подожди, пока ее защита упадет. Если она увидит лезвие, все будет кончено. Я нуждалась в ней, чтобы поверить, что она выиграла. Я нуждалась в ее уязвимости. Хотя странно, я была почти на сто процентов уверена, что этот голос не принадлежит мне. Но это действительно было неважно сейчас.
— Есть другой вариант. Ты могла бы просто убить меня.
— Нет. Ты присоединишься ко мне. — Ее голос звучал так же, как в комнате, прямо перед тем, как она убила Даниэля. — И поскольку ты нарушила свое обещание, я убью твоего маленького дружка. То есть, если он не сожжен и еще жив.
Все шло к этому моменту. Умереть или убить ее. Стать монстром или убить ее. Воздух, который я вдыхала, его было недостаточно.
— Ты уже мертва, — прошептала я, — и лучше умереть, чем стать такой как ты.
— Ты будешь благодарить меня позже.
Переместившись не человечески быстро, она обвила рукой мои волосы и дернула голову назад. Я чувствовала, что рукоятка кинжала лежит неудобно, даже неправильно. Вдохнув воздух, я нажала маленькую кнопку. Между нами было не так много места, но все же я вставила мою руку между нами. Это было не точное попадание, но это должно было убить её. Ты будешь убивать тех, кого любишь. Судьба была права насчет этого.
Моя мать дернулась назад, ее рот приоткрылся от удивления. Она посмотрела вниз. Как и я. Моя рука вспыхнула в ее груди, и лезвие погрузилось в ее кожу, так делал титан, когда встречал плоть даймона. Она отшатнулась, когда я вытащила кинжал. Лицо ее исказилось. Яркие, красивые глаза встретились с моими, а затем исчезли. Как будто щелкнул выключатель, и огонь, круживший вокруг нас, исчез. Ее крик наполнил лес, смешавшись с моим. Она сгорбилась, а мои ноги отказывались слушаться. Мы обе упали в одно и то же время, только я свалилась в грязь, а она извиваясь.
Был момент - очень быстрый - но я увидела облегчение на ее лице. В этот момент это была моя мама. Действительно она. А затем она начала расслаиваться, исчезая, не оставляя ничего кроме тонкого слоя голубой пыли. Я наклонилась вперед, положив голову на сырую землю, смутно осознавая бег Эрика, пока дождь колотил меня.
Месяцы горя и потери кружили внутри меня, вторгаясь в каждую клетку, каждую пору. Не существовало ничего кроме этой боли. Метки и синяки блекли по сравнению с ней. Тоска охватила меня. Я хотела умереть - просто как мама. Я убила ее - свою мать. Даймон она или нет, я убила ее.
Время остановилось. Может быть минуты или часы, но, в конечном счете, я услышала голоса. Люди звали меня, звали Калеба, но я не могла ответить. Все казалось далеким и нереальным. Сильные руки схватили и подняли меня. Моя голова запрокинулась назад, и холодный дождь стал брызгать на мои щеки.