За это время леди Элиза сильно изменилась, от той, тихой, с грустными глазами женщины, которую я увидела при первой встрече, не осталось и следа, глаза сияли, тетя все время улыбалась, иногда она даже мурлыкала себе под нос какие- то мелодии. Она словно помолодела и ожила, а еще снова стала красавицей и я замечала, какие взгляды иногда бросает на нее Проспер.
Предпраздничная столица потрясла меня, столпотворение на улицах, мимо то и дело проносились кареты с разнообразнейшими гербами на дверях, богато одетые всадники, снующие под ногами лошадей дети, шум, гам, магазины полны покупателей, у лавок стоят зазывалы и криками привлекают растерявшихся в шумной суматохе, провинциалов. Какая- то безумная, но затягивающая кутерьма, у меня, вдруг, резко поднялось настроение.
Я с радостью, вместе с тетей, кинулась в этот круговорот. Мы посетили все модные магазинчики и салоны, побывали в цирюльне, где из моих волос сделали восхитительную прическу, подобающую молодой леди. Нанесли несколько визитов знакомым герцогини, где я вела себя тише воды, держа лицо и с успехом участвуя в светской беседе, за что заслужила похвалу от тети Элизы и разрешение погулять по городу вместе с Пропером, пока тетя будет навещать остальных своих друзей.
Проспер повел меня на Главную площадь, смотреть выступления лицедеев, там рядом с ярмаркой стояли помосты, на которых странствующие актеры показывали маленькие сценки из своего репертуара, вертелись на брусьях гимнасты, фокусники- иллюзионисты показывали разнообразнейшие иллюзии, то расцветали, прямо над головами людей, неизвестные мне, цветы, то над площадью летели разноцветные птицы, то маленькие человечки танцевали на круглой полянке, около своих маленьких домиков.
Рядом полуобнаженные факиры поражали окружающих своим умением глотать мечи, выдыхать огонь, зачаровывать ядовитейшую кобру, которая под незатейливые звуки дудочки, свивалась в кольца, сонно покачиваясь в корзинке. У меня разбегались глаза от яркости красок, от обилия народа, вокруг звучала музыка и местами, народ уже плясал в хороводах.
— Лия, ты устала? Может, заглянем быстро на ярмарку и посидим в кондитерской?
Я почувствовав, что, действительно, устала, закивала головой и мы неторопливо пошли к палатке, где торговали оружием, ее хозяин, степенный, с длинной седой бородой, гном с воодушевлением принялся обсуждать с Проспером достоинства и недостатки меча, выставленного на продажу, а я заглянула в соседнюю, где торговали лентами, шпильками, заколками и прочей девичьей мелочью. Перебирая ленты и прикидывая, какую из них купить в подарок Санни краем уха услышала, как двое торговок обсуждают каких- то приезжих, которые поселились в гостинице недалеко от площади:
— Слыхала? В город приехали представители Совета вожаков, представляешь, все оборотни, такие красавцы. Поговаривают, что они приглашены на королевский бал..
— Да что ты!! Раньше такого никогда не было, они же почти не общаются с людьми.
— Вот и я говорю, неладно что- то. С чего бы им приезжать на наш праздник, да и еще на бал идти?
Дальше слушать я не стала, а поспешила к Просперу, нужно было успеть сообщить тете, что приглашение на королевский бал для меня доставать не нужно.
Вечером сидя у камина мы пытались понять, что привело оборотней в столицу, только лишь поиски меня или еще что- то у них случилось. Тетя подумав, решила, что она поедет на бал, сопровождать ее будет Миран, Просперу, ему посещение королевского дворца было запрещено, было дано задание поговорить с его немногочисленными друзьями, которые тоже прибыли в столицу на праздники, а я посижу дома.
Решили, что нужно написать письмо Марион, от нее давно не было вестей, а еще я собиралась заскочить к Гастену, что бы спросить нет ли новостей от Гора.
— Завтра мы идем в театр, — тетя сияла от счастья, — там новая постановка, все мои знакомые очень хвалят, надеюсь, тебе понравится.
Королевский театр поразил меня до глубин души, величественнейшее здание, из белого, как снег камня, множество тонких, резных колон с капителями, украшенными акантами, у входа. На портике скульптуры Богов, широкая мраморная лестница, ведущая к широко распахнутым дверям, украшенным бронзовыми накладками в виде барельефов, изображающих сценки из жизни Богов. Внутри такая же роскошь, мозаичные мраморные полы с всевозможными узорами в виде цветов и животных, огромные, от пола до потолка зеркала, росписи на стенах и потолке, роскошные, позолоченные люстры с хрустальными нитями, тяжелые, бархатные, цвета вишни, портьеры.