– Да, – призналась Мия. – Но Габриэль сильная девочка. Она хочет продолжить обучение.
– Это хорошо. Ей нужно научиться ездить верхом, – уже серьёзно произнёс мальчик. – Но ей никогда не обогнать меня, – добавил он, первым подоспев к полному ведру молока.
Девушка только улыбнулась, увидев, как ловко у неё перехватывают очередь. Майкл рос ловким и смелым ребёнком. Самое время обучить его охоте.
По завершении дойки, Кэтлин накормила всех парным молоком с творогом и уложила детей. Индианка ушла в конюшню, ответив на удивлённый взгляд хозяйки, что там ей будет привычнее. Женщина не стала спорить, чувствуя свою провинность. Не в силах уснуть, она долго вертелась в кровати и обдумывала, нужно ли ей поговорить с их помощницей. Теперь, когда её страхи поутихли после признания Габриэль, она поняла, что поступила неправильно. Её даже начали мучить угрызения совести из-за вчерашнего разговора. Ей не следовало так быстро выгонять их помощницу, зная, что та никогда не оправдывается. Это непонятное упорство сыграло с ними злую шутку. Наконец, миссис Браун надоело крутиться в кровати. Она взяла керосиновую лампу и направилась в конюшню.
Недавно смазанная дверь даже не скрипнула, когда Кэтлин открыла её. Свет лампы вырвал из темноты силуэт мирно спящей на сене девушки. Тело её было накрыто разноцветным одеялом и кожаной курткой поверх него. Рядом с импровизированной кроватью стояли мягкие мокасины. Свёрток вещей индианка использовала вместо подушки.
Тишину в конюшне нарушало только перебирание копыт и редкое фырканье лошадей. Женщина осторожно прикрыла за собой дверь и направилась обратно в сторону дома со смутным чувством радости от того, что Мия всё-таки осталась.
Обучение Габриэль проходило успешно. Макадэваквад оказалась смирной и послушной кобылой, чего нельзя было иногда сказать про девочку. Но желание сдержать слово и научиться ездить верхом всегда брало верх. Раз за разом она упрямо повторяла одни и те же движения, пока в итоге не справлялась с ними. Упорством она явно пошла в мать. Каждый новый день начинался с того, что Габриэль самостоятельно забиралась на лошадь и ожидала команды своей учительницы. Со временем девочка научилась лучше понимать Макадэваквад и потому перестала бояться новых движений. Теперь её не пугало мотание головой или неожиданное ржание. Умная лошадь готова была исполнять все её команды, чем безумно радовала юную наездницу. Вскоре Мия начала выезжать со своей подопечной подальше от фермы, чтобы та перестала бояться больших расстояний и скорости. Страх ушёл сам собой, вытесняясь детским любопытством. Габриэль наконец-то почувствовала азарт и радость от скачки по бескрайней прерии. В этот момент её не волновали даже поднимающиеся клубы пыли, которые оседали на одежде.
В довольном лице дочери Кэтлин узнавала саму себя много лет назад. Она мысленно благодарила девочку за признание, которое позволило им не потерять верную помощницу. Правда, это не избавило её от тяжёлых раздумий относительно просьбы Майкла поехать вместе с Мией на охоту. Когда-то Арчибальд дал ему это обещание, но не успел его исполнить. В любом случае, других кандидатур на эту роль у них не было. Каждый день женщина наблюдала за тем, как индианка обучает Габриэль, убеждая себя, что с её сыном она будет не менее осторожной.
– Привет, Мия! – однажды девушка услышала знакомый детский голос, когда рассёдлывала лошадь после очередной скачки с Габриэль.
– Привет, Майкл!
– Мама мне разрешила!
– Что? – непонимающе обернулась индианка к сияющему лицу мальчика.
– Разрешила поехать с тобой на охоту.
– И как тебе это удалось? – не скрыла своё любопытство Мия.
– А это мой маленький секрет.
Ребёнок хитро улыбнулся и скрылся за конюшней. Что ж, время пришло. Её саму отец начал учить ещё раньше. И всё равно каждая охота становилась для неё новым бесценным опытом.
На семейном совете обучение решили начать одновременно для обоих детей. Суровая действительность диктовала свои условия. Владение оружием и умение охотиться могли не раз спасти жизнь в здешних краях. Кэтлин даже достала старое ружьё Арчибальда, чтобы было на чём потренироваться. Под слоем пыли она нашла ещё рабочую двустволку, которую потребовалось только немного смазать, чтобы вернуть в строй. В последнее время дядя редко пользовался оружием, но старался не запускать его, надеясь передать наследникам вместе с фермой.
Все последующие вечера вооружённая троица проводила на полянке за сараем, оглушая округу громкими выстрелами. Миссис Браун порой даже начинала переживать, когда тишина подозрительно затягивалась. Каждый раз она со страхом представляла себе, что кто-нибудь мог случайно пораниться. К счастью, страхи не оправдались. Дети гордились возможностью приобщиться к миру взрослых и во всём слушались Мию.