— Я Гор, думаю, что все слышали обо мне, особо представляться не надо?
Вокруг повисла тишина.
Лежа на дне повозки, я лихорадочно просчитывала варианты: вскочить и броситься в лес? Поймают, вон их сколько, а сколько ещё за деревьями? Обернуться? Нельзя, все равно догонят, да и к оборотням, судя по разговорам с попутчиками, простые люди относились с опаской и недоверием, да и слухи пойдут. Смогу ли я их всех усыпить, хватит ли у меня сил? Тоже не вариант, обязательно кто-нибудь потом проговорится, что я сделала, а там и до перевёртышей дойдет, а облик мой новый они все видели и… Нельзя, ничего пока сделать нельзя.
Не выдержав, я пристала к тетушке, лежавшей рядом:
— Он что, разбойник? Знаменитый? Почему его должны все знать?
— Да я толком-то и не знаю, поговаривают, он выводит женщин и детей из деревень, где лютуют оборотни.
— Как это? — Я не понимала, пусть отчим не учил меня, но я часто слышала, как он объяснял брату законы оборотней и про договора рассказывал. Да и Мари меня натаскала, все договора Союза и королевства я знала наизусть. «Лютуют оборотни?» Да быть этого не может! Давным-давно был подписан договор Союза оборотней с королем Анадары, что все люди, что проживают на землях перевёртышей, находятся под защитой короля. Были обговорены налоги, которые платят живущие там, прописаны обязанности и вожаков стай, на землях которых есть поселения людей. Договор предусматривал всё, от убийства до мелочи, вроде потоптанной посадки или ворованных яблок. Совет строго следил за тем, чтобы договор не нарушался — провинившихся строго наказывали. Что вообще происходит?
Меж тем Гор, как он себя назвал, отвечал на вопросы мужиков:
— Нам нужна помощь, немного еды, в этот раз мы вывели много детей, а у нас припасов осталось не так много Хорошо бы денег — несколько детей заболели, никто из нас раньше не видел такого, а услуги мага-лекаря, да и еще тайно, стоят дорого.
— Ты, мил человек, рано нас встретил, продуктами мы поделимся, как не дать, дети всё ж, а вот насчет денег не взыщи, на ярмарку едем. Коли обратно бы… так с дорогой душой, а так… соберем, конечно, но что там — крохи.
— Нам сейчас хоть сколько, еще и лекаря искать нужно, — голос Гора был хриплым и усталым.
А я с каждой минутой понимала, что бросить больных детей не смогу. А еще мне важно было расспросить этого Гора, что ж такое происходит, почему они выводят женщин и детей из деревень, что это за вожаки такие, что с их земель бегут люди.
— Я знаю травы, могу посмотреть детей, — пискнула я, выглядывая поверх бортика телеги.
— Сдурела!
— Сиди тихо! — хором заорали на меня мужики.
Тетка Нисса дернула меня за рукав: «Ты что, девка, ополоумела?»
— Я действительно разбираюсь в травах, меня мамка учила, — не сдавалась я. Не объяснять же мне сейчас, что в том, что происходит, необходимо разобраться обязательно, слишком много стало вокруг странного. Доберусь до поместья, и тетя Элиза найдет, кому рассказать о том, что творится на землях двуликих.
— Как тебя зовут? — Гор внимательно и немного недоверчиво разглядывал меня.
— Лия.
— Правда, что ли, в травах разбираешься?
— Немного. Мама учила, а еще у меня небольшой дар, я и заговаривать могу.
— Пойдешь с нами, бери свои вещи.
— Не пущу! — Нисса, потеряв всякий страх, разъяренной фурией встала у меня на пути. — Куда девице, одной, без защиты да в логово мужиков. Не пущу!
Краем глаза я увидела, что и Ютас пробирается к нашей телеге, выражение его лица мне не понравилось.
— Тихо, тихо, никто вашу девочку не обидит! Я, Гор, даю свое слово, что никто ни словом, ни делом её не обидит, а потом кто-нибудь из наших проводит ее… Куда ты едешь?
— К тетке, в Лавинию.
— Проводит ее до самого дома тетки. Даже если и не сможет она помочь, отправим с провожатым домой.
Мужики переглядывались, Нисса потрясенно смотрела на меня, а я, уже взяв свою сумку, торопливо вылезала из телеги. Меня перехватил Ютас:
— Ты хорошо подумала? — прошипел он.
— Не волнуйся, Ютас, ты же слышал, мне ничего не угрожает, а там дети. Им нужно помочь.
Не проронив больше ни слова, он, бросив на меня какой-то тоскливый взгляд, вернулся к обозу, а я подошла к Гору. Тот договаривался с Захарием, что все продукты, которые они могут дать, заберут прямо сейчас, людей нести мешки хватит. Повернулся и приглашающе протянул руку:
— Пойдем, Лия, тут не далеко.
Небольшая поляна, на которую мы вскоре вышли, была заполнена людьми. Возле наспех поставленных шалашей сновали женщины, несколько мужчин, сидя у маленького бездымного костра громко о чем-то спорили и, увидев нас, выходящих из леса, тут же кинулись к Гору.