Девушка отказалась, она не хотела жить в золотой клетке, во дворце, ей не нужны были положение и статус, она хотела играть на сцене. Тогда король приказал построить для своей любимой театр. Строили его гномы, были созваны самые именитые художники, скульпторы, на работу туда пригласили самых известных музыкантов и самых успешных актеров, главной актрисой театра стала возлюбленная короля. Он любил ее до самой своей смерти. А она выходила на сцену каждый день, пока он был жив, а после его смерти закрылась в своем доме и больше ее никто, кроме слуг, не видел. А театр назвали Королевским.
Остаток пути мы ехали молча. Думать о семье отца мне не хотелось. Я не радовалась, что его семейная жизнь явно не приносила ему счастья, но и сочувствовать ему не могла.
На праздники город словно сошел с ума, днем на улицах играла музыка, дома были украшены венками из золотистых и багряных листьев, на заборах и решетках висели разноцветные фонарики. Вечерами небо расцвечивалось брызгами фейерверков, на улицах гуляли и плясали все, от мала до велика. Горы пирогов и жареного мяса на главной площади, костры, где в огромных котлах подогревали вино со специями, открытые прилавки с пирожными и сладостями, и везде огромные толпы народу. Тетя съездила на бал, ничего особенного там не происходило. Просперу тоже ничего не удалось узнать от своих друзей, оставалось ждать письма от Мари, и перед нашим отъездом я намеревалась-таки посетить Гастена.
Наступил последний день праздника, с утра все шли в храм и возносили благодарность Богам, затем возвращались домой готовиться к карнавалу. По традиции все, кто участвовал в карнавале, должны были быть либо в масках, либо в карнавальных костюмах, но лицо должно было быть закрытым. Это был единственный день в году, когда аристократы выходили на улицы и веселились вместе с простыми людьми — не было лордов и леди, крестьян и купцов, все были равны.
Тетя подготовила нам костюмы, мне — гномочки. Коротенькая расклешенная юбочка в веселую клетку, расшитая цветными узорами рубашка с пышными рукавами, длинный жилет, полосатые длинные чулки и смешные ботиночки. Волосы Санни заплела в косички и перевязала лентами. Герцогиня надела наряд лесной разбойницы — широкие штаны, заправленные в сапоги, нож на пояс, мужская рубаха с обрезанными рукавами, широкий плащ с капюшоном, волосы забрала в узел и повязала сверху темной лентой. Она страшно веселилась, глядя на себя в зеркало. Проспер тоже обрядился разбойником, под стать тете, и вместе они представляли замечательную парочку. Надели маски и отправились на праздник.
Уже на подходе к площади, где проходили гулянья, стала слышна громкая музыка. Толпы народа двигались в ту же сторону, вокруг царило веселье, раздавались громкие крики, мужчины пытались флиртовать с незнакомками, молодые девицы в масках строили глазки проходящим мимо парням. То и дело в разных местах слышался смех.
Горели костры, всем бесплатно наливали горячее вино со специями, на лотках лежали горы пирогов, в стороне жарили быка. Всем жаждущим попробовать, щедро отрезали огромные куски сочащегося соком мяса.
Ловко двигаясь среди толпы, Проспер принес нам по пирогу и кружке вина, тетя, весело смеясь, что-то рассказывала ему, а я оглядывалась по сторонам. Определить, кто из толпы был лордом, а кто простым селянином из соседних деревень, в самом деле, было невозможно. Вокруг скакали и веселились демоны, смешные оборотни с привязанными сзади хвостами, маги в мантиях и с приклеенными бородами, гномы, драконы, какие-то чудовища, про которых я ничего не знала, вся эта толпа переговаривалась, шутила и смеялась.
Вновь заиграла музыка и Проспер, подхватив тетю под руку, повел ее танцевать, а через пару минут и меня утащила в хоровод пробегающая мимо цепочка. Я смеялась и кружилась в танцах, прерываясь только изредка, чтобы найти глазами своих спутников или выпить еще чуточку вина. Уже не в первый раз меня вытаскивал в круг на танец симпатичный молодой человек, который пытался развлечь рассказами об охоте, на которую он ходил вместе с братьями и отцом, показывая в лицах, как они сначала заблудились, а потом забрели в болото, откуда их вытаскивали соседские мужики. Я до слез хохотала над их приключениями. И когда от смеха уже не могла больше двигаться, отошла чуть в сторону, отдышалась и подняла глаза…
Передо мной стоял Рас.
Глава 11