— Я теперь не смогу на него смотреть влюбленно и серьезно, как бы в лицо не рассмеяться!
Про заговор Марион слушала, открыв рот, поежилась и решительно сказала:
— Какая сволочь, Я помню этого Фэрана. Он все пытался уговорить тетю выдать меня за него замуж. И, Ли, пока ты не выучишься, пока не станешь независимой, никаких больше заговоров, приключений и прочего. Ты и так уже сколько раз была на грани. Хватит, Ли, включи голову.
Обсудили мы и поведение Раса на карнавале, на мое плохо скрываемое огорчение, что он меня не узнал, сестра только молча приподняла бровь и промолчала. Вспомнили и мое лечение пустынной лихорадки и Гора. Я поделилась своими сомнениями: будет ли он молчать? Мари была уверена, что будет. Лично она с ним знакома не была. Он гораздо старше, но про тот случай, когда на практике выпускник перегорел и потерял свой Дар, знала:
— Он хороший человек, сильный, не сломался тогда, хотя потеря Дара для мага, который уже осознал свою силу — самое страшное. Он потерял семью и не озлобился, а стал помогать людям. Нет, Ли, он не предаст.
Как же было хорошо, когда сестра была рядом, мы рассказывали о всех своих чувствах, щедро делились своими страхами, мыслями, предположениями, догадками и разочарованиями. Со мной был человек, которому я могла рассказать все на свете. Рассказала ей и про то, что видела своего отца и его семью, и про то, что король, видимо, хорошо знает моего отца и о том, что меня беспокоит реакция его величества.
— Не хочу тебя пугать, но… — Мари как-то очень внимательно всматривалась в мое лицо, — его величество, кажется, решил, что он сильно ошибся, когда заставил твоего отца женится на леди Камилле. А теперь еще ты, практически легенда с непонятными возможностями и неизвестной пока задачей, поставленной тебе Богами. Он… он будет пытаться, я думаю, познакомить тебя с отцом… Возможно, предложит графу признать тебя дочерью.
— Нет, только не это, Марион, я его видела. Да, он не производит впечатления особо счастливого человека, но меня это не касается. У него есть свои дети, а я… я дочь Харда, пусть и приемная. Я твоя сестра — мне хватит. Я не хочу общаться ни с ним, ни тем более с его семьей.
— Ладно, ладно, не кипятись, возможно, это только мои мысли, а король не будет вмешиваться. Пойдем, покажешь мне свою лабораторию.
Два дня пролетели, словно пара минут и вот настал момент прощания. Я рыдала так, как никогда в жизни, умом понимала, что через полгода снова увижу любимую сестренку, она приедет на свадьбу тети и графа, что у меня впереди школа, учеба, новые знакомства, абсолютно новая жизнь, что через несколько лет мы вообще будем вместе, но сердце рвалось на части. Я поняла, насколько мне ее все это время не хватало. Вытирая слезы, Мари целовала меня и шептала, что очень любит, что обязательно приедет, что все это ненадолго и не успеешь соскучиться, как мы снова увидимся.
Тетя, стоя в объятиях Проспера, тоже хлюпала носом, граф хмурился. Но все заканчивается, и Марион, в последний раз обняв меня, чмокнула в нос, обняла и поцеловала тетю, прижалась на миг к Просперу, попросила хранить нас и, взлетев на коня, выехала за ворота.
Весь день я тоскливо перебирала пробирки в лаборатории, все валилось из рук, и даже приход графа меня не растормошил.
— Лия, собирайся, мы с Элизой решили, что тебе нужно развеяться, возвращаемся в город. Нужно приготовить тебе комнаты в особняке, на выходные будешь уходить домой — тебе же нужно оборачиваться, а в саду дома ты сможешь это делать, да и сюда приезжать будешь часто. Мы на выходные тоже постараемся часто бывать в городе.
Граф помолчал немного и продолжил:
— Не грусти, тебе тяжело досталось нынешнее твое положение, впереди еще немало трудностей. В школе тебе будет нелегко, Элиза была против, чтобы я это говорил, не хотела тебя пугать, но я не согласен — ты должна знать, что тебя ожидает. Там ты будешь учиться под именем Легар, ты просто воспитанница герцогини, а отпрыски знатных фамилий не очень-то вежливы с студентами из простых. Можно ожидать пакостей и пренебрежения, высокомерия и даже оскорблений. Держись, девочка, я знаю, что ты справишься, мы все это знаем и уверены в тебе. Помни — мы всегда на твоей стороне.
Настроение, с каким я поехала в город, было не ахти, хотя обо всем, что сказал мне Проспер, я и так знала или догадывалась. Но все равно было грустно и немного тревожно. Проспер шепнул мне, что наши занятия мы обязательно продолжим, он научит меня всему, что умеет сам, до самого последнего заклинания или приема на мечах и что в школе разрешены дуэли.
— Если выиграть пару дуэлей, — граф подмигнул мне, — то многие уже просто не будут нарываться. Так что вперед, рысенок, ты выиграешь, я уверен.