Мужики кряхтя полезли в кусты, выволокли оттуда тушу оленя, и ругаясь сквозь зубы, начали заматывать ее тряпками.
— Махал, помоги им, а мы с Зареем пойдем к большаку через Тихий ручей, поближе к городу. Все, мы пошли.
Подхватив клетку, один из мужиков молча потопал в сторону березняка. Второй еще что- то коротко скомандовал оставшимся и быстрым шагом поспешил догнать нас.
— Зарей, ты молчи, продавать буду я.
— Ага. Даймс, только на стражников бы не напороться, не поверят же..
— Молчи и смотри в оба, если что бросай клетку и в лес..
Шли быстро, от того, что клетку Зарей тащил на своем загривке, меня укачало, пить хотелось нестерпимо, когда переходили ручей я не удержалась и взвизгнула, на что Зарей только тряхнул клетку, что бы я замолчала и пошел дальше.
У полудню мы вышли к широкой дороге, которая вела к Лавинию. Я от жары, жажды и боли во всем теле уже ничего не соображала и только тихо молилась Матери всех зверей, что бы мои мучения, наконец, хоть чем- то закончились. Иногда я думала про тетю и глаза жгло от сухих слез, было жаль себя, тетю, Мари. я представляла, как сходит сейчас с ума Марион, не понимая, что со мной и от этого хотелось скулить в голос.
На дороге было пусто, Зарей кинул клетку в кусты и уселся рядом. А Даймс вышел на дорогу и внимательно всматривался в обе стороны.
— Едет кто- то. Сиди тута, я погляжу, если махну рукой тикай в лес воон туда, встречаемся в Весенках..
Послышался топот копыт и через какое- то время я услышала слащавый голос Даймса:
— Ваша милость, не извольте гневаться..
— Что тебе надо, холоп, пшел с дороги!
Я замерла, зажмурила глаза: ' Мать всех зверей, только не это, только не он. Я пропала!!!'. Голос вельможи показался мне очень знакомым.
— Ваша милость, прошу прощеница, но мы тут недалече зверушку подобрали, может купите..
— Ты опоумел, что ли, на что мне ваша дохлая тварь?
— Живая она, Ваша милость, живая и шкурка у нее редкая, цвет такой странный… Дитеныш рыси. Кабан слегка подрал, а мы вона тут подобрали… красивая.
— Прочь с дороги, а то сейчас моего кнута попробуешь…
Стук копыт, я потихоньку стала выдыхать, но тут снова раздался голос всадника:
— Хотя…покажи‑ка мне эту вашу. зверушку.
— Зарей, принеси клетку, — рявкнул басом Даймс и Зарей живо подскочив, потащил клетку к дороге. Там он, открыв клетку, вытряхнул меня на дорогу и схватив за шкирку, потряс мною в воздухе.
— Какая- то она. полудохлая и грязная…Вон даже глаз не открывает, — с сомнением в голосе произнес …лорд Фэран. Да, это был он, не в добрый час понесло меня в лес.
— Не извольте беспокоиться Ваша милость, ее только помыть, а еще покормить, и будет как игрушка.
Лорд пару минут помолчал, потом кинул на дорогу несколько медных монет и скомандовал:
— Ладно возьму, собак натравлю на нее. Развяжите ей лапы, идиоты, и суньте ее в мою сумку, вон там, сзади привязана.
— Ваша милость, может добавите, хоть пару монет. мы же ее спасли..
— Вон пошли, знаешь, что за браконьерство полагается, — голос Фэрана стал ледяным.
Мужики переглянулись, Даймс, присев на корточки, собирал монетки в пыли, Зарей развязал мне лапы, от боли я тихонечко простонала, сунул меня в сумку, которая висела на боку лошади, и оба не оглядываясь, рванули в лес. Лорд Фэран пришпорил коня и мы поскакали в сторону столицы. Мне хотелось выть, все стало совсем плохо.
В город въехали после обеда, к тому времени я немного отошла от шока и постаралась начать думать. Собственно, в городе мне довольно легко можно будет сбежать от лорда, из клетки меня вынули, лапы уже не связанны, ночью использую заклинание сна и доберусь до Гастена, я не сомневалась, что он мне поможет добраться до поместья тетушки.
Я осознавала, что придется признаться Гастену у кого я живу, и кто моя тетя, корила себя за самоуверенность и дурость, но деваться было не куда, сама, пешком, я боялась идти в поместье, а вдруг лорд Фэран тоже поедет по этой дороге и мы там опять встретимся, не приведи Боги! Его я реально боялась, и что мне грозило, повстречайся мы на пустой дороге, догадывалась.
Тем временем Фэран уверенно подъехал к постоялому двору средней руки, бросил поводья выскочившему мальчишке и отвязав сумку, велел:
— Я останусь ночевать, отведи его на конюшню, почисть, воды и овса, быстро!!
— Слушаюсь Ваша милость.
Лорд неторопливо прошел в зал и громко распорядился:
— Хозяин, лучшую комнату мне, ужин подашь туда.
Хозяин, торопливо вытирая об фартук руки, кланяясь, кинулся вверх по лестнице, распахнул ближайшую дверь:
— Вот Ваша милость, лучшая комната. Ужин сейчас принесут.
— Ко мне должны прийти, проводишь.
— Да, Ваша милость, сию минуту.
Пока хозяин бегал за ужином, Фэран, кинув сумку в угол и бросив меня рядом с сумкой, завалился на кровать и стал кого‑то ждать, нервно потирая руки.
В дверь осторожно постучали, хозяин внес поднос с тарелками, запахло так, что у меня потекли слюни, а живот свело от голода, аккуратно сгрузив все на стол, быстро испарился. Пока Фэран ел, я, свернувшись клубочком, строила планы, как ночью, наслав заклинание сна на лорда, выпрыгну в окно. Найти Цветочную улицу будет нелегко, я почти не знаю города, но я не унывала, главное убежать, а там я постараюсь найти лавку Гастена или в крайнем случае пойду в столичный особняк тети. Влетит мне, конечно, очень, и никто меня больше не отпустит в лес одну, как бы, вообще, не запретили ходить туда…
Неожиданно дверь распахнулась и в комнату, широко шагая, вошел закутанный в плащ незнакомец. Орлиный нос, тяжелый подбородок, брови нахмуренны, ледяной взгляд стальных глаз, казалось пронизывал насквозь, видно было, что этот человек привык повелевать и не потерпит неповиновения.
— Фэран! Ты опоздал!! Я ждал тебя вчера.
— Простите Ваша светлость, — Фэран от неожиданности подавился и теперь приветствовал низким поклоном вошедшего, пытаясь еще откашляться.
Незнакомец вынул из кармана плаща какой — то артефакт и активировал его.
— Все привез? Не бойся, нас никому не слышно.
— Да, Ваша светлость, все, но пришлось ждать посланника от нашего друга, он задержался.
— Покажи.
Фэран полез в сумку и достал маленькую коробочку, открыл ее, в ней, насколько я могла видеть, лежали небольшие бусинки, над которыми появилось слегка зеленоватое свечение. Они долго разглядывали их а потом Фэран недоверчиво спросил:
— Ваша Светлость и вот эти «бусины», они помогут нам? Но как?
— Это магический яд в виде бусин, которые поглощают магию из окружающих и делают это очень незаметно, потихоньку. Они закончат свою работу только через две недели, после того, как их вынуть из коробки и разбросать во дворце. Так обещал тот, кого рекомендовал нам наш друг.
— Что, вот эти. шарики, они ' выпьют' магическую защиту дворца и ослабят всех магов, которые находятся в Королевском дворце, включая и королевскую семью?
— Меньше болтай, Фэран, — одернул его герцог, помолчал, посмотрел на Фэрана:
— Если что — ты ответишь за все своей головой, даже если меня убьют, найдется тот, кто разберется с тобой.
От его тона передернуло даже меня, это было не обещание, это был приговор, отменить который невозможно. Он не сводил глаз с Фэрана, тот побледнел и начал судорожно кивать головой.
— Ты все запомнил? Придешь на прием, подашь прошение, пока будешь ждать, раскидаешь ЭТО во дворце, где сможешь, хорошо бы попасть в королевское крыло или в Зал Заседаний..
— Но Ваша светлость, — заскулил было Фэран, — я думал, что Вы..
— Фэран, — рявкнул герцог, — на мне основная часть нашего плана, через две недели, я со своим отрядом и отрядом магов, которые нас поддерживают, ворвусь во дворец, хватит править этому мягкотелому недоумку Тамилу, вся эта его дипломатия, все эти заигрывания с оборотнями, эти гномы расплодившиеся в королевстве… Пришло время взять все в свои руки и показать этим нелюдям их место. Тем более, что из земель оборотней пришли плохие новости, вожаков с которыми мы договорили, взяли воины Совета, что теперь там у них будет одному Двуликому известно, времени не осталось, если эти щенки заговорят…