И на задворках сознания успеваю лишь уловить мысль-смех-напутствие:
— Он твой, девочка. Но и ты — его. Возьми этот мир, разрешаю.
Мама моя богиня! Со мной говорила Повелительница⁈ Что ей до такой песчинки мироздания, как я? Тем временем оковы на демоне распадаются сами собой, а он, продолжая движение, опускается к моим ногам, плавно перетекая в человеческую форму — очень привлекательную форму, ммм… — а низкий чуть вибрирующий голос запускает по коже стадо мурашек:
— Моя богиня.
Вот же ж… демон!
Глава 7
Распятый на стене в подземной камере какого-то убогого мира, Нуар-Тар-Ситтах поливал сам себя внутренним ядом. Безысходность, отчаяние, страх будущего. Ничего из этого Высший демон Третьего круга мира Кмарграшш (не наивысшее положение, но достаточно высокое) не испытывал — только чистую ярость на этих мелких и слабых смертных, что лишь благодаря стечению обстоятельств сумели пленить его. Ну и немного горькой насмешки над собственными нетерпением и любопытством, оказавшимися одним из факторов того самого стечения. Как же, ведь он почувствовал зов семейного артефакта, считавшегося утерянным уже несколько тысяч лет!
Молодой и горячий — конечно, он не стал ставить в известность Главу Рода, решил сам сначала всё разведать. Ему, неудачнику, подобный успех мог помочь хоть немного стабилизировать своё положение в семье. Нуар не был ни плохим воином, ни преступником, просто на нём стояло клеймо одиночества. А в мире, основанном на жизни со второй половинкой души, это было сродни проклятью. Демоны Кмарграшша мало чем отличались от остальных похожих существ, за одним исключением — семьи создавались раз и навсегда, никогда не бывая договорными.
На пороге совершеннолетия каждый из них отправлялся к провидцу, чтобы узнать срок, когда они встретят тайн э ш, возлюбленную или возлюбленного. И ещё никогда провидцы не ошибались, называя время. Что бы ни делал демон, сила мира сводила предназначенных всегда. Потому и несчастливых среди них не было. Правда, поскольку дети рождались очень редко и далеко не у всех пар (впрочем, этот недостаток компенсировался почти вечной жизнью), встретить возлюбленного можно было как спустя десяток лет, так и через несколько тысяч. А до того — полная свобода отношений. В основном, с представителями других рас (свободных молодых демонов их вида слишком мало), что для существ, легко путешествующих между мирами, не проблема.
Нуар был единственным ребёнком в Роду эс’Литасшарт за последние пять тысяч лет, потому и новость, озвученная провидцем на его совершеннолетие, стала шоком для всех: у юного демона нет половинки души! Подобное случалось в истории Кмарграшша лишь единожды, примерно шесть сотен тысяч лет назад и подробности почти стёрлись из хроник. Известно только, что тот демон выдержал одиночество несколько тысяч лет, а потом добровольно вошёл в нестабильный блуждающий портал, что почти равносильно самоубийству. Так что приговор оказался окончательным и страшным: демоны их мира могут создать пару только с тайнэш, а ими бывают лишь особи своего вида. Не имеющий же тайнэш постепенно начинал сходить с ума.
Одно время молодой демон даже неистово молился Изначальной Тьме, прося снисхождения, изменения судьбы, но довольно быстро понял, что катастрофа его жизни для Вселенной навсегда останется незамеченной, недостаточно важной, чтобы ради какой-то песчинки нити вероятностей поменяли своё расположение.
С этой болью Нуар прожил уже семьсот пятьдесят лет. Но хуже всего было не осознание вечного одиночества (он не выдержит так долго, тоже куда-нибудь сорвётся), а отстранённость родных, молчаливая изоляция и всеобщее презрение пополам с жалостью — чем же так не угодила его душа Изначальной⁈ За долгие годы подобного отношения он научился принимать всё с показным равнодушием, но в последнее время всё чаще задумывался: зачем нужна жизнь среди тех, кто воспринимает его, как пустое место?
Нет, он ещё не настолько устал от жизни вообще и отчаялся, чтобы желать умереть, просто постепенно зрело решение уйти из семьи, путешествовать по мирам, пока природа не дожмёт и разум не начнёт покидать его по крупицам. И вот этот зов… Такой сильный. Это, возможно, последний шанс что-то изменить, добиться уважения перед уходом. Нуар не собирался себя обманывать — сородичи никогда уже не примут его как равного, да и он не сможет простить пренебрежения, основанного лишь на его несчастье, но это хорошая возможность уйти с гордо поднятой головой.
Конечно, всё не могло быть так просто: несмотря на заманчивый зов, демон никак не мог пробиться в мир-источник, покрытый настолько мощной защитной сферой, что сил банально не хватало, хотя даже в свою почти тысячу лет (совсем молодой!) Нуар считался не самым слабым демоном. Собрав всю доступную мощь, он в последний раз рванулся на зов… и влетел в образовавшуюся вдруг прореху! Создалось впечатление, что кто-то ещё сконцентрировал свою силу на попытке пробить барьер, причём приложение шло с разных направлений.
Ожидаемо, демон оказался в пентаграмме — он уже давно не был наивным, чтобы понимать: раз артефакт проявился, значит, его разбудили специально. Конечно, он знал, что на месте ждёт ловушка, но настолько привык к собственной мощи, к тому, что их вид один из сильнейших среди демонов вообще, что не допускал и мысли о возможном успехе ловцов. И напрасно — истощённый попытками пробиться на зов, Нуар попал под воздействие ещё одного артефакта, моментально выкачавшего из него остатки резерва и шарахнувшего ментальным ударом вдогонку.
Угасающее сознание успело лишь мимолётно порадоваться хоть какой-то предусмотрительности, заставившей демона отправиться в неизвестность не в обычном облике, а в боевом — это даст ему некоторый шанс на спасение. И пусть эта ипостась более изящна, чем обычно у сородичей, но лишь на вид — Нуар по праву гордился её изрядной прочностью и опасностью для врагов. Смертным хватит с лихвой.
Очнулся в цепях, один взгляд на которые заставил зарычать от бессильной злобы — он не имел ни малейшего представления, где смертные смогли раздобыть такие мощные артефакты, как раз и созданные с целью удержать любого демона. Вырваться своими силами просто нереально! Последующие события и взбесили, и рассмешили одновременно: глупая смертная магичка решила, что сможет подчинить Высшего демона! Она была довольно хороша для своего вида, и Нуар вряд ли прошёл мимо в иных обстоятельствах — обязательно захотел бы позабавиться с новой игрушкой, выбить заносчивость и манию величия из девчонки (глупышка так хотела стать Властительницей своего мира с его помощью).
Будь он свободен и обладай силой на прежнем уровне — разнёс бы местное поселение в прах, уничтожив всех жителей, а после забрал бесхозный мир в своё владение! Но проклятое стечение обстоятельств позволило магичке пленить его, так что ни отсутствие здесь богов (это почувствовал первым делом по пробуждении — ментальная оболочка мира несла отпечаток лишь энергии душ умерших), ни весьма посредственные способности здешних магов, не имели ни малейшего значения.
Впрочем, один большой и жирный плюс присутствовал: пусть оковы-артефакты методично опустошали его резерв, но подчинить Высшего демона с помощью артефакта, рассчитанного на низших, это его пленительнице ни в коей мере не поможет. На жалкие попытки прочесть заклинание и поработить его, Нуар лишь издевательски хохотал.
Кроме того, силу, таившуюся в самом средоточии демонической сути, забрать с помощью какого-либо накопителя попросту невозможно. Самому тоже будет непросто использовать её, но, судя по гневным мыслям магички, та собиралась оставить его в одиночестве на несколько дней — в наказание. Глупая смертная! Демон не погибнет от голода и жажды даже в течение нескольких недель! Правда, при условии нормальной энергетической подпитки, а тут всю силу выкачивают артефакты… но с десяток дней он вполне продержится. Едва только его оставили в покое, Нуар начал вытягивать из сути энергию, которая спустя несколько часов потянулась тонкой и тёмной дымчатой нитью прямо из сердца.