– И тем не менее ты уверен?
– Но ведь уважаемые люди все свои бабки туда вложили! – горячо возразил Мартьянов. – Это же не просто так, правильно?
– Я тебе уже сказал, – сурово возразил Баташев. – Ты мне этого хлюпика-фирмача в пример не ставь! Мало ли каких дураков матушка-земля на себе носит! По-твоему, я каждому должен подражать? Лично мне нужны твердые доказательства того, что это дело стоящее. Есть у тебя такие доказательства?
– Есть! – твердо, но несколько побледнев от волнения, ответил кавторанг.
– Так, рассказывай, – спокойно кивнул его собеседник.
– Как ты, наверное, помнишь из истории Второй мировой войны, – начал Мартьянов, – помимо открытия второго фронта в 1944 году, американцы поставляли нам кое-какие товары и вооружение для нужд нашей армии: тушенка, «виллисы», «студебекеры», «аэрокобры». Все это не безвозмездно, разумеется! Помнишь, чем мы расплачивались?
– Разумеется, – Баташев кивнул. – Что дальше?
– Караваны, что шли из Америки сюда, назывались PQ и везли товары. Возвращавшиеся обратно назывались QP, они шли почти пустые. Потому что ценный груз, которым наше правительство расплачивалось за поставки по ленд-лизу, никогда не занимал много места.
– И ты думаешь, ценный груз каравана QP-23 находился именно на потопленном эсминце «Бостон»? – подытожил Баташев.
– А где ж еще ему быть? В трюм транспортника ценный груз ведь не засунут, правильно? – возразил кавторанг.
– Да, пожалуй, – задумчиво кивнув, согласился Баташев. – Если ценный груз на этом караване перевозили, он должен был находиться на эсминце. Ты говоришь, «Бостон» был единственным большим военным кораблем в караване?
– Конечно! – воскликнул кавторанг. – Полный перечень судов, составлявших караван QP-23, я сфотографировал, кадр этот имеется на пленке в твоем фотоаппарате.
– Ладно, посмотрю. – Баташев кивнул. – Меня другое беспокоит. С чего ты вообще решил, что караван QP-23 вез ценный груз?
– То есть как это с чего? – Мартьянов немного растерялся.
– Вот именно, кавторанг! – Неожиданно Баташев впился взглядом в лицо своего собеседника. – Вот здесь, – он достал из кармана миниатюрный фотоаппарат и потряс им, – есть фотокопия документа, где черным по белому написано, что эсминец «Бостон» в составе транспортного каравана QP-23 вез на своем борту ценный груз?
– Но я же тебе объяснил, Игорь, – занервничал Мартьянов. – Такого рода документы находятся только в Подольском архиве Министерства обороны. В архиве Военно-морского флота их просто нет...
– Значит, документальных доказательств наличия ценного груза на борту «Бостона» у тебя нет?
– Значит, нет! – с самым раздосадованным видом сознался кавторанг.
Баташев на полминуты умолк, глядя на своего бывшего однокашника чуть насмешиво.
– Вот я про то и говорю, Николай, – сказал наконец Баташев. – Ты меня втягиваешь в аферу из-за ценного груза. А может, никакого ценного груза на этом караване вообще не было, а? И тебе и этому твоему фирмачу попросту кто-то заморочил голову?
– Да нет, Игорь! – с горячностью воскликнул Мартьянов, ударяя для убедительности ладонью по столу. – В том, что ценный груз на «Бостоне» есть, я уверен, как в самом себе! Понимаешь, американцы народ практичный, русскому медведю даже во время Второй мировой войны до конца не доверяли. Оплата по каждой поставке по ленд-лизу была заранее оговорена контрактом, где четко указывалось, что ценный груз должен быть непременно выслан с обратным рейсом, а в случае неполучения оплаты поставки тут же замораживаются. Ты пойми, Игорь: я не зря два месяца в архиве штаны просиживал! Я все варианты перебрал и все, что можно было, проверил. После QP-23 следующий караван последовал без задержки в установленные контрактом сроки. Значит, наши с американцами полностью расплатились. Следовательно, ценный груз ушел с тем эсминцем.
– Однако в руки к американцам не попал! – с веселой усмешкой заметил Баташев. – Если «Бостон» был подорван и затонул, то ценный груз пропал вместе с ним. Как же американцы тогда считали, что СССР расплатился с ними, и продолжали поставки по ленд-лизу? Сам же говоришь, что это могло быть, только если они получили ценный груз.
Но кавторанг только на мгновение растерялся от этого возражения Баташева.
– Понимаешь, Игорь, – спокойно сказал он, – американский военный корабль считается территорией США, верно? Поэтому оплата по ленд-лизу считалась совершенной ровно с того момента, когда ценный груз оказывался на борту перевозящего его судна. В конце концов, со стороны американцев было бы свинством заставлять русских расплачиваться за то, что сами не сумели доставить деньги к себе домой. В принципе, американцы народ бессовестный, они могли потребовать от СССР все, что угодно, учитывая его стесненное положение... Но не до такой же степени!
Мартьянов умолк. Его собеседник также не торопился что-либо возражать, но сидел за столиком с самым серьезным, задумчивым видом, рассеянно глядя куда-то в сторону, поверх голов присутствующих.
– Ну хорошо! – сказал наконец Баташев, очнувшись от задумчивости. – Допустим, что ты прав. Тогда выходит, что этот «Бостон» лежит на дне с драгоценной начинкой...
– Ну да! – подтвердил кавторанг. – Прямо второй «Эдинбург»!
– Да, только «Эдинбург» вместе с его золотом американцы подняли еще в пятидесятых годах, – возразил Баташев. – Как так получилось, что твой «Бостон» пролежал под водой шестьдесят лет, а про него до сих пор даже никто и не вспомнил?
– Вот я и сам гадаю, – снова заметно смутился Мартьянов. – Есть некоторые страницы военной истории, которые на Западе очень не любят вспоминать. Вроде той, что случилась с караваном PQ-17. Помнишь, его бросили все суда охраны, оставили на растерзание немцам? Я так понял, с QP-23 было что-то похожее. Сам посуди: один эсминец и четыре сторожевика – разве это достаточная охрана для большого транспортного каравана?
– Нет, конечно, – согласился Баташев. – Только история эта все равно темная. Доказательства весьма эфемерны...
– Но, в конце концов, чем ты рискуешь?! – воскликнул кавторанг, теряя терпение. – Все расходы взял на себя мой фирмач, а твое дело – только оказаться в нужное время в нужном месте. Когда и где, я тебе все расскажу!
– Ну да, кавторанг, ты расскажешь, – криво усмехнулся Баташев. – Тот план действий, который ты выдумал, знаешь, на что похож? – Он снова усмехнулся. – Ты, наверное, в детстве пиратскими романами чересчур увлекался!
– Можно подумать, ты их никогда не читал, – обиженно отозвался Мартьянов.
– Читал, – с усмешкой сознался Баташев. – Только ведь, став взрослым, надо избавляться от иллюзий детства! То, что ты мне предлагаешь, это стопроцентная пиратская акция. Ты помнишь, какое наказание предполагает морское право за пиратство? И ты учти: это право международное, там Европейская конвенция по правам человека не действует!
– Там пустынный район, почти никто не заходит, – возразил кавторанг. – Норвежское море. Прогулочные яхты туда не ходят – слишком холодно и штормит часто, – рыбаков там нет, потому что нефть в этом районе стали добывать, все море загадили, вся рыба передохла. Судоходные маршруты проходят в стороне. Нас просто никто не увидит там, понимаешь? Ты же знаешь, что такое открытое море! Даже на оживленной судоходной трассе может не быть на десятки миль вокруг ни одного суденышка. А тут забытый богом и людьми уголок!
Баташев на этот раз ничего не возразил, только коротко кивнул. Несколько мгновений посидел, погрузившись в задумчивость. Кавторанг Мартьянов терпеливо ждал, что его друг теперь скажет.
– Ну ладно, – проговорил наконец Баташев, поднимая голову и глядя в упор на своего собеседника. – Все, что ты мне рассказал, очень интересно, я не говорю «нет». Обо всем этом надо подумать, все тщательно взвесить. Такие акции, сам понимаешь, с кондачка не планируются. Ты пока занимайся своим делом, набирай команду, готовься к плаванию. Делай все, что тебе предписывает твой новый хозяин. А потом видно будет...