— Бежим! — громко кричит белобрысый, но падает наземь, по причине дырки во лбу. Это кто у нас снайпер такой?
Теперь фрицы паникуют уже по-настоящему, наши пленных не берут, а фрицы тут все, потому паника становится просто всеобъемлющей. А наши в бескозырках грозно ревут боевой клич, поливая все свинцом и отборным флотским матом. И только когда нападающие заканчиваются, звучит команда, по которой мы все активируем порт-ключи, оказываясь в крепости Ротфронт.
Ребята разгоряченные после боя, ярость еще клокочет в груди, Гарри тоже явно не удовлетворен, а я тихо плачу, потому что сегодня мы убили тех, кто очень хотел видеть мертвыми именно нас. Сегодня мы набили небольшую кучу фрицев, а их еще у нас видимо-невидимо, но самое главное — первый бой. Первый яростный бой и мы победили.
— Отбой тревоги, — командует Рон. — Привести оружие в небоевое положение, и отдыхать!
— Хорошо погуляли? — интересуется у Гермионы ее отец, а она улыбается.
Я тоже улыбаюсь, обнимая суженого, потому что сегодня мы победили. Медленно приходит в себя Гарри, да и ребята успокаиваются, рассказывая взрослым, как здорово дохли проклятые фашисты. И от ненависти, звучащей в наших юных голосах, им становится не по себе, потому что такая ненависть им не знакома. Теперь надо подождать сведений со стороны, а пока привести себя в порядок.
— Вы отлично справились, ребята, — хвалит нас командир. — Отдыхайте.
И я сажусь прямо там, где стояла. Божечки, первый бой, а как они паниковали! Как они падали! Как горели эти проклятые фашисты! Жаль, что мы не всех, но я просто знаю — придет срок, и каждая гадина получит свой отрез земли — два метра на полтора. Каждый! А на костях земля хорошо родит, я помню рассказы об этом. Я все помню! И никогда не забуду! А фрицы пусть боятся!
— Тише, тише, родная, — обнимает меня плачущую любимый.
Он все понимает, потому что после боя так бывает — девочки плачут. Не от боли — от не нашедшей еще выход ненависти, но мы найдем выход. Вот ляжет в землю последний фриц…
Глава семнадцатая
Произошедшее на Чемпионате относилось к разряду катастроф. Вместо оплаченного развлечения для увеселения юных магов, вышла совершенная мясорубка, унесшая жизни представителей нескольких аристократических семей, а остальные кучи мяса и костей даже идентифицировать было сложно.
Министр и Главный Аврор устроились за столом, глядя друг на друга. Мыслей у обоих совершенно не было, потому что произошедшего они не понимали. Главный Аврор достал заявку на «культурную программу», как она была озаглавлена в пергаменте, и вчитался еще раз. Ничего, что могло вызвать такую бойню, там не было.
— Надо кого-то из полукровок позвать, — произнес, наконец, Министр. — Потому что я ничего не понимаю. Вся программа была ориентирована на Героя, у него таких знаний нет.
— Дамблдор со своим Героем уже все границы переходит, — заметил аврор. — То потакает ему в нарушении правил приличия, потому что являться в старой одежде в школу… То небылицы рассказывает о том, что проход на платформу закрыт оказался, то теперь вот это.
— Долорес! — позвал мистер Фадж. — Пригласи ко мне кого-то из полукровок или магглорожденных. Есть у нас магглорожденные?
— Есть, — кивнула моментально отреагировавшая на зов шефа женщина. — Уборщицы все сплошь из грязи.
— Вот и позови, — вздохнул Министр. — Разбираться будем.
— Ничего не понимаю, — пожаловался Главный Аврор. — Нужно было создать шум, помучить с десяток магглов и их отребий, дать Герою проявить героичность, а в результате что вышло?
— Вот, — мадам Амбридж ввела в кабинет дрожащую девушку. — Эту грязь зовут Мари.
— Спасибо, Долорес, — Министр взглянул на испуганную девушку, показывая той на стул. — Сядь, нам нужно твое мнение.
— Да, сэр… — уперши взгляд в пол запуганная девушка лет двадцати села, где ей было сказано.
— У нас проблема, — объяснил ей Главный Аврор. — На Чемпионат была заявлена веселая программа для Героя. Создание шума, вида паники, чтобы Герой почувствовал свою героичность, спасая своих друзей. Ну тут с десяток магглокровок, специально приглашенных для массовки.
— Вы хотели их убить? — тихо поинтересовалась Мари.
— Зачем переводить такой ресурс? — удивился Министр. — Пару-тройку Круцио, ну еще развлечение для наших гостей…
И тут голова девушки поднялась. Главный Аврор вздрогнул от той ненависти, что сияла в глазах магглорожденной девушки. Казалось, еще миг — и она бросится, но Министр успел первым. И «Круцио» слилось с диким криком Мари, в котором не было ничего человеческого. Подержав чары секунд двадцать, мистер Фадж снял заклятие, вздохнув.