сить, будет ли кто-нибудь вообще показания давать. Да и шрам на половину лица он вряд ли от столярного станка, как сам говорит, получил. А так да, добрейший и милейший дядька. — Привет. Слушай, я всё объясню. — Начал я, протягивая ему ящичек. — Это не оправдание, но я не просто так опоздал. Да и полчаса всего... — Уверен? — Он подозрительно прищурился, глядя на меня и забирая посылку. — Прости, тупая причина, но нужно было. Будешь смеяться. — Времени до скольки у тебя было? — То, с каким недоверием он у меня это спрашивал, вызывало гораздо больше волнения, чем я накрутил себе сам. — Д-до одиннадцати вечера. — Я хоть и был уверен, что именно до одиннадцати, но такой тон выбивал из колеи, заставляя сомневаться даже в таких очевидных вещах. — Ага. И-и-и? — Протянул он, намекая на какое-нибудь дополнение ответа. — Мне очень жаль, что я опоздал. — Колени начали предательски подрагивать от непонимания. — Он со стоном закатил глаза. — Тебе дали эту штуку и ты поехал? — Я неуверенно кивнул. — И дали времени до одиннадцати вечера? — Я вновь кивнул, но ещё менее уверенно. — Оске дашь две сотни. — Я непонимающе хлопал глазами в ответ на гораздо смягчившийся тон. — У тебя в запасе хоть и целые сутки без получаса, но хрени натворить умудрился. — Я не понял. — Он улыбнулся. — Тебе дали времени до одиннадцати завтрашнего дня. Я в курсе про это. А ты? — А. Ну да. — Я чуть истерично не засмеялся, выдавливая из себя виноватую улыбку. — Вылетело из головы. — Я заметил. — Ободряюще похлопав меня по плечу, сказал он. — Давай к Оске, тебе ещё оправдываться. — Бросил Клёр через плечо, уходя с ящиком. С заговорщической улыбкой Оскта уже ждала меня, облокотившись на стойку. У неё не было связей или зловещей репутации, как у нашего работодателя, но связывались с ней так же неохотно. Отчасти это, думаю, было из-за её хороших отношений с Клёром. Но в основном никто просто не хотел с ней спорить, заводилась она даже от недоброго взгляда в свою сторону, а за словом она в карман не лезла, переспорить или перекричать её было решительно невозможно. Хуже было от того, что Клёр в такие перепалки не вмешивался, только улыбался в стороне, что порождало нехорошие предположения о возможных последствиях. Вполне адекватная женщина. — Ну и о чём вы там секретничали? — Ну… Ты должна ему две сотни. — Улыбка сошла с её лица. — Ты чего учудить умудрился? — Времени у меня было только до одиннадцати. — Виновато продолжил я, пока она разглядывала настенные часы. — Завтрашнего дня. Ну ты поняла. — Боже мой, какой ужас. — В сарказм она умела. — Я просто забыл про завтра и уже извинился за опоздание. В общем, суету навёл зазря. Вот. — Вот ты вроде не дурачок, но иногда вот эту свою суету так сильно продвигаешь, что диву даёшься. — Ну, рассказывай. — Хлопнув меня по плечу, подошёл Клёр. — Что же за чудовищные обстоятельства заставили тебя так сильно опоздать. — Добавил он, подмигнув Оскте. — Будете смеяться, но… — Я запнулся. Мне ведь нужно было возвращаться домой. Чёрт его знает, что там с этой девчонкой, лучше будет не задерживаться. — Но я с этим делом ещё не закончил. Так что я тут быстро, задерживаться не буду. — Ну так не тяни, удивляй. — Оскта ещё сильней опустила голову к стойке. — Это из-за девушки. И нужно домой, проверить как там она. — А я говорила. — С упрёком Оскта посмотрела на Клёра. — Теперь ты мне должен три сотни. — Довольно закончила она, намекая приподнимая брови. — В смысле? — Они видимо уже там во всю делали ставки не только на то, закосячу ли я, но и на причину. Нет, столько внимания льстит, но не по такой причине. — Ладно-ладно, он по девочкам. — Развёл Клёр руками. — Да нет. — Ну не могут, видимо, некоторые люди жить спокойно, не сплетничая о личной жизни окружающих. Но ничего, вот женюсь, сам начну им выносить мозги о семейной жизни, а потом и о детских заботах. — Это не моя девушка. Я её подобрал на трассе. — Невинное ты дитя… — Да не в этом смысле. — Чуть не выкрикнул я. — Она в каких-то лохмотьях вдоль дороги шла. Ну я и подвёз её. — Ну и вот прямо до дома подвёз? — Клёр подмигнул мне. — Ну а куда ещё? — Я старался говорить как можно более серьёзным тоном. — Просто там за городом оставить или тут посреди улицы высадить? Извини, но я так не могу. Она же ни по общему, ни по-местному не говорит. В полицию с этим ящиком тоже не вариант, я так рисковать не буду. Так что пусть пока у меня сидит. Сейчас как раз вернусь и буду решать, что дальше делать. — В моих глазах он реабилитировался. — Оскта покосилась на Клёра. — Ну звучит даже логично. Ладно. — Согласился он. — Езжай тогда к своей "не в таком смысле", до завтра ты мне тогда не нужен, раз уж так опередил сроки. — Спасибо. — Хлопнув его по плечу, сказал я, направившись к выходу. — Только потом скажешь, чем всё у тебя закончилось. — Бросил он через плечо. — Разумеется. Добравшись до квартиры, я ещё несколько минут стоял напротив двери, уперевшись в неё головой. Дверь всё не поддавалась и вариант нелепого падения внутрь всё яснее становился недостижимым. Не знаю почему именно было так волнительно заходить внутрь. И времени прошло немного, да и не ребёнок на вид, но всё равно было плохое предчувствие. Но нет, всё было совершенно в полном порядке. Она будто и не заметила моего отсутствия, всё также сидела перед экраном телевизора, даже не обратив на меня внимания. Видимо, раздел про обращения к собеседникам был настолько интересным. Теперь нужно было решить, что в принципе делать дальше. Сидя в кресле и пытаясь придумать что-то адекватное, я решил наконец-то хотя бы разглядеть, кого именно я там подобрал. На вид лет двадцать или около того. По крайней мере личико производит такое впечатление, хоть и вымазано в какой-то саже. Да, я знаю, что глазеть плохо, но нужно же хоть так найти причину для начала разговора. Ну, не сейчас, а как-нибудь позже, когда она сможет нормально этот разговор поддержать. Одета в какую-то робу совсем не по размеру, если рукава опустить, то кистей совсем видно не будет. Очевидно, найдена где-то по пути. И при этом босоногая. А вот волосы были светло-синего цвета. С одной стороны, это хорошо, она не из какой-нибудь глуши, но тогда могла бы уже как-нибудь попросить телефон, чтобы вызвонить знакомых. Интересно, но всё это никак не помогало понять, что именно делать дальше. Нет, что в ближайшие часы делать я уже примерно понимал, но про более отдалённую перспективу говорить было невозможно. Разве что поискать какие-нибудь опознавательные знаки на одежде, поспрашивать о них, может так хоть примерно будет понятно где она хотя бы была по пути. Если эти знаки есть. Наблюдение за тем, как она в такт объяснениям шевелит губами, вкупе с усталостью заметно гипнотизировало, нужно было начать уже хоть что-то делать, чтобы нелепо не уснуть у неё на глазах. Хотя не было заметно, что она интересуется чем-то кроме своего просвещения. По крайней мере осуждающих взглядов она не бросала. Набранные вещи ей не очень пойдут хотя бы из-за разницы в росте. Но этого должно было хватит только до завтра, а там может получится договориться с Осктой, заодно и спрошу, кто в такой рабочей одежде разбирается. Жестами объяснив что к чему, я оставил её в ванной. Выглядела она даже немного растеряно, но вроде бы всё верно поняла. Когда она вышла, я уже во всю клевал носом остывающий ужин. Одежда, очевидно, была великовата, но на первое время сойдёт, не спадает же. За стол пришлось проводить под руку, видимо, такие размашистые жесты приглашения были уже не настолько однозначными. Со столовыми приборами вполне управлялась, что было ещё одним подтверждением того, что с головой у неё всё нормально, просто языковой барьер и стрессовая ситуация. Но разбираться дальше уже не было никаких сил, всё остальное можно будет попробовать выяснить завтра. Любезно уступив ей кровать и убедившись в её понимании назначения такой мебели, я укутался в одеяло на кресле, пообещав себе в будущем быть готовым к такому и обзавестись чем-нибудь раскладным. Но это будет точно не сегодня.