Стараясь скрыть неловкость от внезапного потрясения, Эрин воскликнула с наигранной веселостью:
— О Боже, Элиза! А я и не знала, что вы здесь. Надо же, так незаметно подкрасться. Прямо как церковная мышь. И давно вы так стоите?
Элиза проигнорировала ее вопрос и натянуто сказала:
— Уже поздно. Вы собираетесь завтракать или будете ждать до ленча?
Раздраженная высокомерным поведением служанки, Эрин предпочла держаться той же тактики. Поэтому вместо ответа она слегка вскинула подбородок, изображая пренебрежение, и тоже спросила:
— Мой муж не сказал, куда он уехал?
— Может быть, Эбнер знает, — последовал короткий ответ. После этих слов Элиза круто повернулась на каблуках и ушла.
Эрин прикусила нижнюю губу, обеспокоенная тем, что служанка застала ее за подобным занятием. Как долго она стояла здесь и могла ли видеть бумагу? Безусловно, нет. Между дверью и письменным столом было слишком большое расстояние, чтобы разглядеть это.
Выкинув из головы тревожные мысли, Эрин вернулась в свою комнату и позвонила Энни. Когда та появилась, радостная и услужливая, как всегда, Эрин попросила ее присесть. Девушка повиновалась, хотя сразу приняла несколько озабоченный вид.
— Энни, — начала Эрин после глубокого вздоха, — я должна быть уверена в тебе. Мне нужно знать, могу ли доверять тебе? Я хочу, чтобы ты всегда держала язык за зубами. Независимо от того, что ты увидишь или услышишь там, где будешь находиться вместе со мной.
У девушки расширились глаза, и от любопытства побежали мурашки по спине.
— Да вы не беспокойтесь, — быстро затараторила она, — я ничего не скажу. Ни словечка. Я ведь уже говорила вам, я мечтаю, чтобы вы сделали меня своей рабыней. — Она увидела, как Эрин нахмурилась, и поспешила поправиться: — Э-э… горничной. Я буду добросовестной и преданной. Обещаю.
После этого Эрин ничего не оставалось, как предоставить ей возможность доказать на деле свою лояльность.
— Хорошо, Энни. Я верю тебе. Надеюсь, ты не подведешь меня. А теперь сходи на конюшню и скажи, чтобы приготовили экипаж через час. Мы поедем навестить мою маму.
— Угу.
Энни соскочила и побежала выполнять распоряжение.
Эрин, не удержавшись, окликнула ее и спросила:
— И как часто по утрам Элиза убирается у мастера Райана?
Энни решительно замотала головой из стороны в сторону.
— Нет, мэм. Что вы! Мастер Райан никогда не позволяет заходить в его кабинет, если их там нет. Единственное время, когда нам позволено делать уборку, это когда они у себя. В другое время никто не разрешит нам войти туда.
Эрин понимающе кивнула и махнула рукой, давая знак идти.
Ситуация немного прояснилась. Без сомнения, Элиза увидела, что дверь кабинета открыта, и потому заглянула посмотреть, кто осмелился нарушить запрет. Возможно, она и не стояла так уж долго.
Тем не менее Эрин сделала себе зарубку на будущее — быть более бдительной в отношении вездесущей экономки.
Во время поездки Эрин наблюдала за Энни. Девушка не проявляла прежнего энтузиазма и выглядела озабоченной. Она не глазела в окно, как обычно, а сидела с опущенными глазами и руками, сложенными на коленях.
Наконец Эрин прервала молчание.
— Что с тобой, Энни? Я вижу, тебя что-то беспокоит. Если это так, то, может, поделишься со мной? Раз я доверяю тебе, ты тоже должна вести себя соответственно. Ты не согласна?
Энни с мрачным видом кивнула, потом тревожно спросила:
— А у меня не будет неприятностей?
Эрин твердо покачала головой.
— Нет. Если сумеешь молчать и будешь делать только то, что тебе говорят.
Энни подумала с минуту и спросила:
— А что я должна буду делать и о чем нельзя говорить?
Глубоким вздохом Эрин изобразила готовность доверить ей свой секрет, хотя в действительности другого выхода у нее и не было. Вместе с тем она не испытывала особой тревоги из-за того, что собиралась посвятить девушку в свои тайные дела. Служанка откровенно подлизывалась к ней, выказывала желание быть полезной и всячески угождала ей. Кроме того, некоторое время назад дала ясно понять, что презирает Элизу. Поэтому Эрин без утайки объяснила, в чем будет заключаться ее содействие.
— Энни, я собираюсь помогать неграм. Некоторым из ваших людей живется очень тяжело. С ними обращаются не так, как с тобой, Энни. — Эрин пристально смотрела на девушку, чтобы не пропустить малейших признаков негативного отношения к ее словам. Но видела на ее мордашке только обостренный интерес. — Может статься, — продолжала она, — что скоро я попрошу тебя об одной услуге. Тебе придется иногда отлучаться. Не беспокойся, это недалеко и ненадолго. Где-нибудь поблизости мне могут оставить послание. И ты сходишь за ним. Только имей в виду, ты должна быть крайне осторожна. Будешь приходить ко мне так, чтобы никто тебя не видел. Мастер Янгблад не должен знать об этом и, естественно, никто из других слуг тоже. Могу я положиться на тебя?