Вслед за индейцем на помост загнали девочку-негритянку лет двенадцати-тринадцати, не старше. Аукционист с гнусной ухмылкой рванул ее блузку и обнажил грудь девочки. Виктория отвернулась. Со всех сторон послышались непристойные выражения и громкий смех мужчин. Ее покоробило от подобной «простоты нравов». Да, здесь явно неподходящее место для порядочной женщины… для женщины ее круга. Во всяком случае, семейство Янгбладов всегда занимало почетное место в высшем свете Ричмонда. Однако все изменится, если вдруг выяснится, что в их семействе завелась паршивая овца — мулатка.
«Черт его дернул жениться на этой плебейке!» — мысленно ругала она сына. Виктория в раздражении ткнула кончиком зонта мужчину, загородившего ей дорогу к выходу. В конце концов, она прекрасно знала, что Райан и прежде путался с женщинами, но до такого не доходило… До сих пор ему не приходило в голову жениться на подобных особах. Виктория знала о похождениях сына от Элизы. Служанка также рассказала ей о том, что он тайком привозил домой какую-то шлюху, пока они с Эрминой отсутствовали. Уж лучше бы он женился на ней. По крайней мере она, вероятно, была белая, а не полукровка. Эрин же на одну осьмушку цветная. Выходит, дети Эрин и ее, Виктории, внуки унаследуют одну шестнадцатую… «К черту эти глупости!» — одернула она себя. Пока ее сын, слава Богу, никого на свет не произвел, и ей не нужно преждевременно волноваться по этому поводу. Если б только он послушался ее совета и женился на Эрмине Коули — тогда все было бы по-другому. Девушка королевских кровей — не важно, что это довольно дальнее родство, — подарила бы ему прекрасных детей, достойных продолжить род Янгбладов.
Виктория подошла к мужчине в полинялом комбинезоне. Незнакомец ковырял в зубах перочинным ножом. Преодолевая брезгливость, она спросила:
— Не будете ли вы любезны показать мне Нейта Донована?
Полуприкрытые веками налитые кровью глаза с пренебрежением оглядели Викторию. Скупердяйка с голубой кровью! Пришла покупать рабов из свежей партии, ввезенной контрабандой из Африки. Хочет сэкономить доллары. Впрочем, не важно… Нейт Донован не станет деликатничать. Он знает, как обращаться с такими дамочками.
— Там, — буркнул он, кивнув на дверь у себя за спиной.
«Деревенщина убогая!» — мысленно окрестила незнакомца Виктория. Она прошла к двери и, не постучавшись, толкнула ее — решила, что с подобными людьми можно не церемониться.
Нейт взглянул на нее примерно так же, как и мужчина, стоявший перед дверью. Он резко проговорил:
— Если хотите купить раба, идите в зал и, как все прочие, называйте свою цену.
Нейт вернулся к своим делам, то есть продолжил изучение списка рабов, выставлявшихся на продажу. В этот раз он и сам привез невольников, и все они были легальными. На каждого из них у него имелась доверенность, согласно которой он имел право продать их. Так как причитавшиеся ему комиссионные были невелики, Нейт прикидывал, как поднять продажную цену, чтобы обеспечить себе приличный доход. Однако он мог лишиться даже своих скромных процентов, если бы не учел меняющейся конъюнктуры. Чтобы не обременять себя лишними заботами, Нейт передал Арлин Тремейн и еще двух мулаток другому торговцу — тот знал толк именно в таком товаре. Нейта этот вариант вполне устраивал, так как он знал: мулатки со светлой кожей пользуются спросом, так что можно было надеяться, что кто-нибудь купит их всех скопом.
Виктория подошла к столу и с размаху бросила свой зонт на бумаги Донована. Тот поднял голову; глаза его встретились со сверкающими глазами Виктории.
— Черт побери! — воскликнула она. — Откуда такое высокомерие? Я пришла сюда не торговаться. Меня не волнуют ваши цены. Я слышала, что вы не очень щепетильны, поэтому хочу предложить вам сделку.
Нейт бы с удовольствием дал ей хорошего пинка под зад, будь она мужчиной. Но он понимал: перед ним весьма состоятельная особа, так что выгоднее выслушать ее, — может, удастся неплохо заработать.
— Я не знаю, что вы хотите мне предложить, леди, но если и соглашусь, вам это обойдется недешево.
Ни один мускул не дрогнул на лице Виктории. Она холодно проговорила: