— Ты сошел с ума! — сказала она своим прежним властным тоном, чтобы не выказать страха. Даже терзаемая мрачным предчувствием, она была убеждена, что он никогда не поднимет руку на собственную мать. — Эрмина права. Я надеюсь, доктор прибудет раньше, чем ты впадешь в неистовство. Мы знаем, на что ты способен, после того как учинил погром в спальне. Клянусь, Райан, ты вынудишь меня на крайние меры. Я подпишу бумаги, чтобы тебя отправили в сумасшедший дом и заперли вместе с другими такими же безумцами. Мое терпение не бесконечно.
— Говори, ты знаешь, где она? — Райан вытащил мать из кресла, но не поднял на нее руки, только встряхнул. Он боялся, что если тронет ее хотя бы пальцем, то действительно может потерять контроль над собой. — Может быть, ты заплатила какому-нибудь негодяю, чтобы он увез ее и сделал с ней, что ему заблагорассудится? Кто это был? Закери Тремейн? Ты наняла его?
Она быстро встала и, протиснувшись между ним и креслом, с воплем бросилась к двери.
— Я не знаю, где она! И очень рада этому. Ты никогда не сможешь найти ее. Она исчезла из твоей жизни, и слава Богу! Когда-нибудь ты скажешь мне спасибо.
Он стоял в холле и смотрел, как она бежала к лестнице. Со зловещим спокойствием он пообещал ей вдогонку:
— Я никогда не прощу тебе этого, мама. И если я не найду Эрин, ты можешь забыть, что у тебя есть сын.
Райан вскочил в седло и помчался в знобящую темноту в поисках забвения. Однако как ни подстегивало его нетерпение, он сумел сдержать себя, опасаясь, как бы жеребец, чего доброго, не споткнулся и не завалился вместе с ним.
Пока конь продолжал скакать, не понукаемый седоком, Райан старался унять не утихавший гнев на слуг, не известивших его обо всем раньше. Эбнер оправдывался тем, что они были слишком запуганы. У Элизы тоже были свои причины желать, чтобы его брак распался. К сожалению, она слишком поздно осознала трагические последствия своего вмешательства.
Даже сильный холод не мог остудить его разгоряченной головы. Варианта побега с любовником больше не существовало, и теперь он лихорадочно обдумывал, как выяснить, куда же исчезла Эрин. Он решил разыскать Тремейна и вытрясти из него все, что тому известно. Этот план давал надежду получить ключ к разгадке и начать поиск.
Наконец на горизонте в обрамлении светлого венца убывающей луны показался дом Тремейна.
Райану неожиданно стало не по себе от подкравшегося смутного, но почти осязаемого тяжелого предчувствия, как будто по спине у него извилистой змейкой медленно двигался ядовитый паук.
В мрачном сооружении, представшем его глазам, было что-то такое, что порождало тревогу. Но что?
И вдруг он понял.
Тишина.
Тишина, обволакивающая все звуки. Тишина, задавившая, подобно гигантскому кулаку, все живое. Тишина, расползающаяся во всех направлениях — удушающее покрывало ужаса.
Райан перевел коня на размеренный бег и поскакал дальше. Сейчас он не жалел, что пристегнул кобуру с оружием.
Он подъехал к парадному подъезду и соскочил с коня возле самых ступенек. За то время, что он поднимался на крыльцо, из дома не донеслось и отдаленного звука. Ни один сверчок не нарушил мертвой тишины. Казалось, даже ветер не решался вторгаться в пределы земли, оскверненной дьявольским духом.
Дверь со скрипом отворилась. Райан ступил в холл, пахнущий пылью, мускусом и неухоженным домом.
— Тремейн! — закричал он в темноту. — Нужно поговорить. Срочно!
Сверху послышался скрип сосновых половиц и вслед за тем звуки шагов в коридоре.
Райан ждал у подножия лестницы. Постепенно его глаза стали различать отблески огня от фонаря. С приближением спускавшегося сверху человека свет становился ярче.
— За каким чертом ты явился сюда? — С площадки второго этажа на него в упор смотрел Закери Тремейн с лампой в одной руке и ружьем в другой.
— За своей женой, — ответил Райан.
Закери понимал, что приезд Янгблада не предвещает ничего хорошего.
Нейт не сообщил деталей, но Закери знал, что от Эрин избавились так же, как от Арлин. Закери был рад, что это произошло без его участия. Если б он только добрался до Эрин, то забил бы ее до смерти за тот шрам, что остался у него на лице. По словам Нейта, Янгблад не должен ничего знать о судьбе своей жены. Эти заботы взяла на себя его мать.
Закери направил на Райана свое ружье.
— Ее здесь нет. Уходи. Подальше от греха.
Райан начал медленно приближаться к лестнице, не сводя глаз с Тремейна.
— А где твоя жена?
— Ее здесь тоже нет, — с раздражением ответил Закери. — Проваливай, тебе говорят. Не нарывайся на неприятности.