Люди в городах редко обсуждали власть и ещё реже жаловались на неё. Сияющий Лорд не просто узурпировал власть в стране, он пытался улучшить внешнюю и внутреннюю экономику страны, и повысить уровень жизни обычных людей. Местные газеты полнились пропагандой его великих планов, и обещаний светлого будущего. Горожан, особенно живущих вблизи Самарханди, больше волновало Проклятие Муарака, с которым не могут справиться ни маги, ни мудрецы. В последние годы всё ближе подходила кара Земная к обжитым областям и нарушала покой мирных жителей. Натори поделился со Спайди мыслями, что под Проклятием муараканцы подразумевали пески Самарханди, населённые ужасными монстрами.
Как и в других странах, в Муараке жили не только люди, но и представители других рас: ифриты, радужные нимфы, чёрные скорпионы. Пилигримы рассказывали Натори о кочевом народе, что путешествовал тайными тропами по пустыне и знал тайны ядов и противоядий, но клоун никогда не встречал представителей чёрных скорпионов. Зато он рассказал мальчику об отличиях муараканцев от эфесцев: их толстой непробиваемой коже, высокой регенерации, и о двух видах людей. Одни – населяющие пустыни и степи – светлокожие, не подвержены загару и не темнели. Другие – жители вулканов и вулканических земель – отличались кожей цвета подсыхающей магмы, близ которой они обитали. Они отличались от песчаных людей узкими глазами и большими носами. Их тёмная кожа, немного красноватая и желтоватая, гораздо темнее самого загорелого человека в Аэфисе.
Два этих вида уживались не без трений; каждый старался жить поближе к исконной родине и не лезть в жизнь других, однако горячая кровь и буйный нрав муараканцев периодически приводили к стычкам и дракам. По словам Натори в Муараке вообще постоянно происходили междоусобные дрязги Радужных домов, межрасовые драки и внутренние войны. Не могли люди и нелюди, носящие в жилах горячую южную кровь, жить в мире и взаимопонимании.
Циркачи переживали из-за бедности муараканцев, как бы самим не прогореть в турне по Радужным городам. Старики решили не рисковать, и покинуть Муарак, как только доберутся до перешейка через горы. Наступало лето, самая жаркая пора года, в пустыне и рядом с ней непереносимое время, когда ветер затихает, а солнце скрывается за горизонтом всего на несколько часов. К полудню песок накаляется словно сковорода и плавит людей удушающим пеклом. Старики, в особенности бабка, сетовала, что не переживёт муараканскую жару, и молила не заходить глубже, к вулканической земле.
В прошлом турне, труппа пересекала пустыню осенью и провела в палящей стране всю зиму, греясь и радуясь благодарной публике, но в этот раз циркачи задержались в Аэфисе, попали в пургу зимой и вынуждены были изменить планы.
Спайди успешно притворялся своим в стане людей и начинал привязываться к ним, даже с блондинкой мальчик примирился, глубоко пряча своё к ней отвращение. За время похода, оборотень старался быть полезным и учился всему, чем походя делились другие: бабка научила мальчика готовить, резать овощи, мясо и рыбу, разбираться в продуктах, осекать особо ретивых торговцев-лгунов на рынках; дед показал, как устанавливать шатры и строить дома, рассказал об архитектуре разных мест, которые посещала труппа. Он признался, что в молодости подрабатывал зодчим и много знал о строительстве домов, в том числе учитывая климат разных стран.
Клоуны Сатори и Натори научили Спайди делать смеси для красок, что использовались в их гриме; как определить для какого типа макияжа применялся тот или иной краситель, а также как выглядит смесь для покраски тканей, или волос; рассказали о растениях, из которых создавали смеси, в каких странах они росли, как отличить хорошую краску от плохой и даже ядовитой. Клоуны пытались научить мальчика шутить и придумывать подковырки, однако напоролись на стену не по возрасту чрезмерной серьёзности и оставили попытки.
Оценив строгость мальчика и умение логически мыслить, Натори показал Спайди разные настольные игры: карты, кости, стаканчики и шахматы, – которыми они любили развлекаться на привале. Мальчик много времени проводил с высоким клоуном, своим спокойным характером и лёгким отношением к жизни напоминающим Николаса. Они сдружились, насколько могли сдружиться восьмилетний мальчик и взрослый мужчина. Натори много разговаривал со Спайди и вскоре заметил, что образование у бывшего вора обрывочное, в своё свободное время клоун занялся восстановлением провалов, учил мальчика читать, считать и писать. Оборотень впитывал знания как губка, просил рассказать больше, жадно слушал всё, что рассказывали другие. Походя Натори учил мальчика словам чужого языка других стран, и разным диалектам. Вскоре Реми стал прислушиваться и пытаться запомнить, как звучит язык в разных городах, что проезжала труппа, а также читал местные газеты, которые добывал себе Натори.