Тогда он тоже решил присоединиться к тренировкам. Но со всем своим рвением я преуспела лишь в одном — разгадывании беззвучных ругательств, которые сквозь сжатые зубы шипели мужчины. Я выяснила значения многих новых слов, но клинки по-прежнему не желали подчиняться.
— Может, с балансом что-то не то? — скептически спросил у приятеля Ивар, крутя в пальцах нож.
— Нет, — сплюнул Барни. — Просто кто-то криворукий.
И не сговариваясь, оба одновременно на меня посмотрели. Я обиженно засопела. Но кто же виноват, если воин говорил правду?
Но, на счастье, неудачи с оружием компенсировались успехами в магии. Я продолжала развивать свой дар, постепенно, шаг за шагом, научившись видеть не только разрушительные, но и созидательные потоки. Теперь Ивар развлекался тем, что ставил «охранки» и заставлял меня их запоминать.
Во время одного из уроков я поинтересовалась:
— А как ты понимаешь, какое заклинание наложено на предмет, который нужно украсть?
— У меня есть очки, ты забыла? Другие воры тоже используют похожие фокусы. Но подобные артефакты слишком дорогие, и мало кто может себе их позволить. Мелкое ворьё пользуется индикаторными зельями. По цвету ампулы определяют, какими чарами осуществляется защита. Но они имеют не широкий спектр действия, а обычно ориентированы на наиболее распространённые плетения.
— А как их снять? — не переставала я любопытствовать.
— Существуют специальные «отмычки». Они «глушат» заклинания. Как именно — зависит от конкретного случая.
За всеми этими разговорами мы и провели последнее время в дороге и вскоре оказались возле ворот Нижнего Крака. Я удивилась, когда Ивар отказался накладывать на нас иллюзии и равнодушно ответил мне на заданный вопрос, что в этом нет нужды.
Но когда я увидела стражей, поняла, почему волнения были беспочвенны. Они приветливо кивнули ему и Барни и пропустили нас, не высказав никого интереса к новым личностям в городе. Мужчин, пришедших со мной, люди у входа определённо знали. Недаром вор выбрал именно Нижний Крак, чтобы скрыться от северного князя.
То, что Ивар неоднократно бывал на западе Льен, всплыло ещё раз, когда я спросила у мужчин:
— Вы уже знаете, в какой постоялый двор мы поедем?
Барни хмыкнул, а вор расщедрился на ответ:
— Ни в какой. У меня есть здесь дом.
Больше я вопросов не задавала. Мы передали лошадей в городскую конюшню и дальнейшую дорогу проделали пешком. Я шла, с любопытством разглядывая улицу.
Всё в окружении выдавало приграничье: начиная с людей, пестрящих медными волосами и бронзовой кожей, и заканчивая арманьёльской архитектурой. Во многом присутствовало смешение стилей и культур. Чужестранные названия на улочках писались на языке царства, а из трактиров пахло южными специями, которые, судя по вывескам, добавляли в традиционные в Льен блюда. Даже лошади, встреченные в городе, казались другими: удивительной красной масти, с тонким и изящным телом. Я же чувствовала себя так, будто очутилась в другой стране.
Мужчины хорошо ориентировались в незнакомом для меня месте. Они уверенно шли, не петляя по многочисленным улочкам. Я пыталась запомнить дорогу, но быстро сбилась, когда в очередной раз что-то интересное привлекло внимание. Пришлось довериться своим провожатым.
В Нижнем Краке кипела жизнь. Здесь активно занимались торговлей, и даже при беглом осмотре я заметила в продаже много незнакомых предметов и новых продуктов. Люди разговаривали очень громко и с непривычным акцентом. Речь вроде бы на знакомом языке звучала необычно: присутствовали другие интонации, некоторые звуки произносились будто бы искажённо. Близость с Арманьёлой давала о себе знать, и наряду со своим языком я слышала и чужой, а в обиходе проскальзывали незнакомые слова.
Среди ярковолосых людей моя неприметная светло-русая макушка привлекала взгляд. Я ощутила себя маленьким воробышком, очутившимся среди разноцветных сказочных птиц. Смешение кровей с жителями соседней державы сделали жителей Нижнего Крака не похожими на всё остальное население Льен. Это странным образом отличало их не только от подданных царства, но и от арманьёльцев, чьи черты особенно ярко играли в горожанах.
Пока я озиралась вокруг, успела забыть об усталости и даже не заметила, как мы подошли к нужному дому. А ведь этому зданию тоже было чем удивить. На его фоне жилище Ивара в Берльорде смотрелось жалкой лачугой, хотя я бы не назвала увиденное сооружение роскошным.