— Вон! — приказала я, борясь с желанием указать путь рукой. Достаточно и того, что вторгшийся в моё уединение наглец успел разглядеть.
Но Ивар будто меня не услышал и рассеянно опустился взглядом ниже, будто все мысли улетучились из его головы. На этот раз он не сумел рассмотреть ничего, кроме ложбинки между грудей. Я погрузилась обратно в ванную, не желая демонстрировать ему и эту малость. Меня разозлило, что мужчина немедленно не выполнил требование, а вместо этого продолжил и дальше смущать своим присутствием в столь интимный момент.
Но окунаясь в воду, я не учла, что создам этим новые волны. Пена скользнула по телу, то открывая обнажённую кожу, то закрывая её вновь. Белые пузырьки покрывали меня, как обтягивающее платье с высоким разрезом, вроде бы скрывающее наготу, но только сильнее подогревающее интерес.
— Немедленно выйди! — безуспешно продолжила настаивать я.
Ивар смотрел на меня, как загипнотизированный, и только резкость моего тона смогла вывести его из транса. От создавшегося щекотливого момента возникло желание снова неловко заёрзать, но я его с трудом поборола. Пена успела сильно осесть, и любое движение могло оголить некоторые участки тела.
Он ничего не ответил и вылетел из комнаты так же быстро, как и заявился, оставив после себя сквозняк от открываемой двери. К слову сказать, ту неожиданный гость даже не удосужился плотно закрыть. Оставшись одна, я облегчённо перевела дух и прижала руки к горящим щекам, пытаясь унять смущение.
Дальше лежать в воде уже не хотелось. Вошедший испортил всё очарование момента. Всё напоминало о его вмешательстве, и я осторожно вылезла из ванной, опустив ноги на пушистый ковёр. Вытерлась большим полотенцем и, насколько могла, промокнула влажные волосы. В комнате висел мягкий халат, и я укуталась в него, утонув в приятной ткани.
Только потом я вышла в спальню. Внутри никого не оказалось, даже Фрая. Видимо, кот из мужской солидарности решил последовать вслед за Иваром, оставив меня наедине с собой. Меня поджидала и ещё одна неприятная новость: я не обнаружила своей одежды. Вероятно, ту забрали слуги. Я надеялась, что её постирают, а не выкинут сразу. Неприятно очутиться в чужом доме в одном халате на голое тело.
Надеясь отыскать что-нибудь из вещей, я открыла дверцы стоящего в комнате шкафа, но меня ждало лишь разочарование — внутри не спряталось ни клочка ткани. Я увидела лишь пустоту.
Мне ничего не оставалось, кроме как выйти из комнаты в том, что имелось. В коридоре я растеряно оглянулась, надеясь встретить кого-нибудь из обслуги, но не нашла ни души. Даже Ивара, когда я нуждалась в нём, нигде не было видно. Он появлялся лишь тогда, когда считал это необходимым. Пришлось спуститься вниз.
Я осторожно ступала босыми ногами по холодным ступеням, боясь оступиться. Сквозняк кусал кожу, забираясь под тонкую ткань. Стало неуютно. Я обхватила себя руками. На меня внезапно нахлынула тревога, странное чувство ожидания чего-то тревожного хватало за плечи.
В гостиной успели зажечь свечи, и от них шёл лёгкий медовый запах. За окнами разливался сумрак. Я увидела возле стекла тёмный силуэт и почувствовала себя уверенней. Конечно, неловко заговаривать о проблемах с одеждой с хозяином дома, но всё же лучше, чем натолкнуться полуодетой ещё и на Барни. Я расправила плечи, пытаясь совладать с собственными пустыми страхами.
Мужчина не повернулся, когда я зашла, хотя явно услышал шаги. Я подошла ближе и потрясённо охнула, когда увидела в отражении незнакомое лицо. Испуганно попятилась назад. Человек, которого я по ошибке приняла за Ивара, обернулся:
— Не уходите! — воскликнул он.
Я густо покраснела, прижимая к груди халат. Надетый на влажное тело, он и так слишком чётко обрисовал каждый изгиб. «Сегодня мне везёт на неловкие ситуации», — решила я.
Незнакомец смерил меня взглядом. Я поёжилась. Казалось, будто ткань ничего не скрывала. Я почувствовала себя неприлично обнажённой. Он словно видел меня насквозь: начиная с маленького шрама у коленки и заканчивая воспоминаниями об украденной в детстве куколке. Но я попыталась сохранить невозмутимое лицо. Как любила говорить Мев, стыд — это самое лучшее средство для манипулирования людьми. Я не хотела выступать в роли жертвы, поэтому решила с вызовом спросить:
— Кто вы?
Он приподнял одну бровь и ухмыльнулся. Не ответив на мой вопрос, он сел в кресло, закинув ногу на ногу, и прикурил. Его профиль показался неожиданно знакомым. Нахмурившись, я обошла обитателя дома по кругу, пытаясь понять, где видела его. Мысль назойливо вертелась в голове, но все попытки оказались тщетными, несмотря на то, что я всегда считала свою память на лица безупречной.