— Мне нужны дубликаты, — он передает мастеру маленькую связку ключей.
— Ждите, — сообщает тот, забирая ключи.
— Привет, — деланно равнодушно вырывается у Рей. Она тут же плотнее сжимает губы.
Теперь Кайло оборачивается и, как это у него водится, приклеивается к ней непроницаемым взглядом.
— Привет.
Кайло прочищает горло, но его голос все равно звучит приглушенно:
— Классная футболка, — он бросает пристальный взгляд на выцветшую от долгой носки надпись: «Лучше голой, чем в мехах».
Ну да.
Либо это ложь — но Кайло не похож на того, кто будет льстить ей. Либо это чистейший сарказм, потому что ее футболка старая и заношенная, затянута узлом на правом боку, но не слишком сильно, чтобы не обнажать больше, чем тоненькую полоску кожи над джинсами с высокой талией.
Нет, он не заставит ее чувствовать себя глупо.
Рей хмыкает в ответ на его комментарий и разглядывает холл с таким видом, будто не она первая с ним поздоровалась.
— Лея говорила с тобой о Люке? — вдруг спрашивает Кайло.
Раньше Рей просто бы промолчала в ответ, но сейчас она словно только и ждет повода напасть.
— Ты опоздал, я уже была у него, — с чувством удовлетворения и превосходства отвечает она.
— И он тебе рассказал, что произошло? — интересуется Кайло.
— Я знаю про тебя все, что мне нужно, — отрезает Рей, смело встречая его взгляд. Осаживая его, она вновь чувствует себя хозяйкой положения.
Кайло ее слова, очевидно, задевают, потому что он выглядит подрастерявшим прежнее хладнокровие. Он поворачивает голову в сторону и скрещивает руки на груди, наблюдая за выточкой ключей за стеклом.
Зато Рей свой взгляд никак не может отвести.
«Красивый, зараза».
Она густо краснеет — наверное, ее щеки сейчас такие же горячие, как кружка в руках.
Досада и бессильная злость на саму себя борются в ней с неуместным девчоночьим желанием понравиться.
Выказать ему неодобрение, в то же время заполучив его одобрение, — нелегкая задача. Скорее, невыполнимая.
— Держите, пожалуйста.
Мастер выдает ее заказ. Рей сует пакет под мышку, продолжая потягивать суп из кружки, но не уходит, чувствуя, будто что-то осталось недосказанным.
И впрямь — Кайло поворачивается к ней, хмурит брови, словно собирается с мыслями, но смотрит скорее на пол, чем на нее.
— Я, кстати, хотел тебе сказать…
Рей, скрывая смущение, делает большой глоток, пока Кайло находит нужные слова.
— Я ношу только кожзам.
Она давится супом: горячая жидкость устремляется не в горло, а в нос, и фонтанирует обратно в кружку. Рей, как может, прикрывает свое свинство тыльной стороной ладони, но поздно — супом залит и ее подбородок, и футболка.
Кайло беззастенчиво веселится, улыбаясь широко и открыто, и Рей вскидывает на него свой уязвленный, сконфуженный взгляд. Чувствуя, как от бессилия на глаза наворачиваются глупые слезы, она подхватывается и почти бегом несется прочь с места своего несмываемого позора.
Она раздавлена, растоптана, уничтожена.
Корпоратив обещает быть жарким.
В воздухе витает аромат пиццы, фоном играет музыка, которую перекрывают шумные разговоры, смех и звон бутылок.
За панорамными окнами стремительно темнеет, но кто-то предусмотрительно развесил на стенах гирлянды фонариков. В их приглушенном свете одни болтают, потрясая куском пиццы в одной руке и поводя по сторонам бутылкой пива — в другой. Другие еще не слишком раскованно танцуют, третьи предпочитают наблюдать за происходящим, сидя у стены на стульях, принесенных по случаю из конференц-зала.
В «Скайуокер» любят расслабляться — это Рей хорошо усвоила, потому что, казалось бы, она здесь всего два месяца, но это уже третий ее корпоратив.
Разжившись куском обещанной вегетарианской пиццы, Рей тусуется возле Финна, который тусуется возле По. Тот, как всегда, энергичен и оптимистичен, хлопает по плечу каждого, кто проходит мимо, и обязательно говорит что-то вроде: «Отличная работа!» или «Так держать!» или «Молодцом!».
Лея появляется лишь в самом начале, чтобы поблагодарить всех за работу, Холдо же не появляется вовсе: она, наверное, не любитель простой выпивки и бессмысленного трепа.
Когда По отчаливает к группе сотрудниц из… — Рей никак не может вспомнить название их отдела… возможно, из статистического учета и планирования, — Финн подсаживается на уши уже ей, дорассказывая ту историю, которой начал делиться с По.