— Да! — выдыхает Рей, соображая лишь о том, как бы произнести хоть что-то членораздельное. Она бы сейчас созналась в чем угодно. А ведь он добрался пока только до шеи.
Тут его рука поднимается выше и беспрепятственно гладит кожу между ее лопаток, и, очевидно, Кайло уже в курсе, что под футболкой у нее ничего нет.
Рей сильнее зарывает пальцы в его волосы, позволяет себе захватить их полные горсти — чуть тянет голову вбок и целует его в висок, потом спускается ниже и находит губами ухо, пробегается по нему легкими поцелуями и не удерживается от того, чтобы медленно оттянуть губами мочку.
Кайло трогательно не то стонет, не то рычит, что звучит просто восхитительно. У нее и так все внутри порхает, и Рей изо всех сил жмется промежностью к низу его живота.
— Я нереально тебя хочу, — произносит он с хрипом.
— А я — тебя, — тут же признается она, решая вываливать все как есть, пока у нее крыша на место не встала. — Уже давно. Постоянно о тебе думаю.
Эти слова не только подливают масла в огонь, превращая его напористые поцелуи в попросту необузданные, но и, видимо, придают решимости для преодоления новых рубежей, потому что, крепко поддерживая одной рукой ее зад, другой Кайло задирает наверх ее футболку.
Рей сильнее прислоняется лопатками к стене, выгнувшись вперед, когда он, не тратя времени на раздумья, склоняет голову ниже, тут же лизнув ее сосок. Она дергается и с шипением втягивает воздух сквозь зубы.
— Так? — спрашивает он, прихватив венчик соска губами и оттянув его.
— Ммм…
Возбуждение вполне осязаемо — оно разливается по ее плечам и по низу живота. Но отчего-то больше всего пылают ее уши.
— А так? — она чувствует осторожное прикосновение зубов, будто в намерении укусить, но те останавливаются, лишь легонько сжав нежную плоть, а потом Кайло со стоном наслаждения всасывает ее затвердевший сосок.
Рей не может никак ответить на это, кроме как крепко сжимать его опущенные плечи и теребить уши. Она даже лица его сейчас не видит. Если она умрет от переизбытка чувств, то точно с самым глупым выражением на лице.
Язык у Кайло потрясающий: юркий и твердый, когда поочередно поддевает своим кончиком ее соски, но мягкий и бархатистый, когда оставляет на ее коже свой длинный влажный след.
Спустя время, счет которому Рей уже определенно потеряла, Кайло утыкается носом в ее ключицу, словно пытается отдышаться.
— Я боюсь, что я сейчас сдохну, — признается он, шумно выдохнув.
Рей прекрасно понимает, о чем он. Она тянет его за волосы, заставляя запрокинуть голову и посмотреть ей в глаза. У него влажный растроганный взгляд и широкие зрачки, затопившие радужку.
— Такого я себе не прощу, — она не спеша начинает оставлять поцелуй за поцелуем на его лице: на лбу, на прикрытых вовремя глазах, на носу, на скулах и щеках, хоть и чувствует, как нетерпеливо он ждет, когда же, наконец, наступит черед губ.
Но все ее тело уже давно не выдерживает напряжения от этой позы.
— Я сползаю, — пищит Рей, когда ее ноги и предплечья начинают подрагивать от напряжения.
Держась за него, она опускается на пол — ее футболка тоже спадает обратно. А ведь она только что выставила напоказ свою грудь.
Грудь!
— Черт! — вскрикивает она, и Кайло, застигнутый врасплох этим криком, оглядывает ее встревоженным взглядом.
— Что такое?
— Тут же везде камеры! — Рей крутит головой из стороны в сторону и обнаруживает три черных устройства, обозревающих под разными углами все пространство от лифтов и до двери, ведущей в служебный коридор.
— А, камеры… — замечает Кайло с улыбкой облегчения. — Не переживай: они отключены.
— Отключены? — переспрашивает она с недоверием.
Поначалу это кажется ложью, чтобы успокоить ее, но потом Рей бросает взгляд на скинутую на пол сумку.
— Чем ты здесь занимаешься?
Кайло вмиг серьезнеет, пелена страсти спадает с его глаз, но он продолжает удерживать ее в крепких объятиях, так что говорят они практически друг другу в губы.
— Работаю, — отвечает он уклончиво.
Рей награждает его долгим и, как она надеется, проницательным взглядом, но Кайло вновь глядит на нее так завороженно и красноречиво, что эта игра вскоре оказывается проиграна.
— Может… Хочешь… — Кайло продолжает пожирать ее взглядом. — Пошли в кино? Если дашь мне сорок минут, я закончу и буду свободен.
— На места для поцелуев? — почти шепчет она.
— На любые места.
Они все-таки целуются еще раз. Но теперь делают это не торопясь, будто хотят попробовать все то, что еще не пробовали до этого.