Шафран осторожно прикоснулась к распухшим губам и закрыла глаза, снова проигрывая в своей голове обжигающий, всепоглощающий поцелуй. Поцелуй, который сводил с ума. Пленил ее. Захлестнул ее. И она ненавидела то, что он внезапно прервался. Сбивала с толку реакция Камдина, когда он прервал поцелуй. Был ли он взволнован, так же как и она? Шафран покачала головой и положила руку на сердце, которое билось как после пробежки. Нет, Камдин не был тем мужчиной, который поддавался своим эмоциям. Он захотел поцеловать и сделал это, но он же и положил этому конец.
Нуждается ли он в ней?
Шафран нахмурилась. Прошло уже семь лет с тех пор, как мужчина целовал ее или обнимал, и никогда с таким чувственным и необузданным желанием, которое заставило ее дрожать от страсти. Она была не готова к такому напору, но ее тело быстро среагировало. А сейчас ...сейчас желание, горячие и всепоглощающие, все еще беспокоило ее. Вздохнув, она направилась к кровати, и заметила свой телефон, лежащий на скамейке. Она совсем забыла о разговоре со своей матерью. Сейчас она поняла, что не так зла, как была до поцелуя с Камдином.
Шафран положила руку на лоб и застонала. Как она встретиться с ним теперь? Он вышел из комнаты, не сказав ни слова. Завтра будет полнолуние. Время разбудить Ларию, где все будут вместе. Чтобы отвлечься, она прибралась в комнате, затем перенесла всю косметику на туалетный столик, прежде чем унести ее обратно в ванную, но в итоге решила оставить все на туалетном столике. Шафран нервничала, ее тело пульсировало от желания. На каждый звук она оборачивалась к двери, надеясь, что Камдин решил вернуться. Даже понимая, что он не придет.
Что же было в этом Воителе, что так привлекало ее? Он был мрачным, редко улыбался и любил все держать в себе. Он хорошо ладил с людьми, все Воители хорошо относились к нему, но, несмотря на все это, Камдин был одиночкой. Может быть все из-за этого. Шафран, своего рода, тоже одиночка. Она стала такой после того как выросла и поняла, что с ней дружат из-за денег, начала держать дистанцию. Это ограждало ее от боли в жизни. Но сделало ее одинокой. Она думала, что у нее осталось несколько настоящих друзей, но и они отвернулись от нее, когда она восстала против своей семьи и уехала путешествовать по Европе. Одна.
Шафран не могла не задаться вопросом, убедил бы Деклан ее так легко, как он это сделал, если бы она была не одна. Скорее всего, она никогда не оказалась бы в небольшом городке Обан на юго-западе, так как это не входило в ее планы. Она направлялась на остров Скай, но, поехав в Обан, изменила маршрут. Но она так много положительного слышала об Обане и местных жителях, что ей захотелось увидеть все самой. Где бы она оказалась сейчас, если бы Деклан не схватил ее? Смогла бы вернуться домой? Была бы у нее карьера в бизнесе отца, как он того хотел?
Шафран понимала, что бессмысленно думать о том, что было бы, но это легче, чем вспоминать три года своего заточения, перед освобождением. Как она делала это всегда. Она присела перед камином и стала смотреть на огонь. Было что-то завораживающие в пламени и мерцании огня. Он освобождал ее разум от надоедливых мыслей и позволял ей блуждать. Она не знала, как долго просидела, прежде чем услышала звуки барабанов и отдаленное пение.
Ее магия сразу усилилась, поднимаясь вместе с пением и барабанами, пока они становились все отчетливей. Это загипнотизировало ее, она закрыла глаза. Она ощущала, как волшебный вихрь кружился быстрее и быстрее внутри нее, становясь с каждой минутой все сильнее и сильнее. Казалось, пение звучит со всех сторон. Окружая ее. Охватывая ее. Окутывая ее.
Множество видений, что она видела годами, увеличились перед ее мысленным взором. Люди, которых она не знала и не могла им помочь, некоторым семьям она уже помогла избежать катастрофы. Все они изображались в одной картинке, перепутанные в ее сознании, прежде чем исчезли. Но некоторые оставались