— А где же твои братья и сестры? — неожиданно спросила она.
Я сделал глубокий вдох и впервые за это утро ощутил жгучую боль, причиняемую её ароматом. Я с удовлетворением понял, что стал привыкать и к боли, и жажде. Справивишись с собой, я заговорил будничным тоном:
— Они поехали на машине Розали. — Как раз в это время я припарковался на свободном месте около упомянутого автомобиля. Мне еле удалось не расхохотаться: глаза Беллы полезли на лоб. — Зажмурь глаза, чтобы пылью не запорошило.
— Вау, вот это да. Если у неё такая тачка, зачем она ездит с тобой?
Розали млела бы при такой реакции Беллы… если бы относилась к Белле объективно. Чего, скорее всего, никогда не случится.
— Как я сказал — слишком много пыли в глаза. Мы ведь стараемся не выделяться.
— Что-то вам это не слишком удаётся, — возразила она и беспечно рассмеялась. Этот смех, весёлый и беззаботный, согрел мою холодную, безмолвную грудь, хотя и наполнил при этом голову сомнениями.
— Так почему сегодня Розали решила выставить себя напоказ? — спросила Белла.
— А сама не догадываешься? Я же иду сейчас против всех правил.
Я рассчитывал слегка припугнуть её своим ответом — поэтому Белла, само собой, только улыбнулась.
Она не стала ждать, когдая я открою для неё дверцу, точно так же, как накануне вечером. Здесь, в школе, мне приходилось притворяться нормальным, так что я не мог двигаться достаточно быстро, чтобы опередить её. Что ж, Белле придётся привыкнуть к учтивому обращению, причём привыкнуть как можно скорее.
И опять я шёл так близко к ней, насколько осмеливался, внимательно следя, не выкажет ли она какого-либо недовольства моей близостью. Дважды она протягивала руку в мою сторону, и дважды отдергивала её обратно. Неужели ей хотелось прикоснуться ко мне?.. Я едва справлялся со своим участившимся дыханием.
— Зачем же вам тогда такие машины, если вы не хотите выделяться? — спросила она.
— Потакаем своим дурным наклонностям, — покаялся я. — Все мы любим быструю езду.
— Задаваки, — проворчала она.
Она не взглянула на меня, поэтому не увидела моей ухмылки.
"Нееет! Вы только посмотрите! Как ей это удалось? Ни черта не понимаю! Что происходит?"
Вот такие изумлённые визги ворвались вдруг в мой мозг. Джессика. Она ждала Беллу, укрывшись от дождя под козырьком крыши столовой. В руках она держала забытую Беллой зимнюю куртку. Глаза её вытаращились от потрясения и неверия.
В следующий момент Белла тоже заметила её. Лицо Джессики в точности отражало царящую у неё в мозгу сумятицу. Щёки Беллы окрасились нежно-розовым.
— Привет, Джессика, — поздоровалась с ней Белла. — Спасибо, что не забыла. — Она протянула руку за курткой, и Джессика в полной прострации без единого слова отдала её.
Мне придётся быть вежливым с друзьями Беллы, неважно, настоящие они друзья или только притворяются.
— Доброе утро, Джессика.
— А?...
Глаза Джессики совсем вылезли из орбит. Так странно и забавно... а если честно, так даже как-то немного неловко сознавать, что близость Беллы оказала на меня такое... смягчающее воздействие. Позор, Эдвард, похоже, больше тебя никто не боится. Если Эмметт узнает об этом, он будет умирать со смеху до скончания века.
— Эээ… привет, — выдавила Джессика и многозначительно зыркнула на Беллу. — Значит... увидимся на тригонометрии...
"Я не я буду, если не вытяну из тебя всё. Ты у меня так запросто не отвертишься! Всё выложишь, как миленькая! До мельчайших подробностей! Это же надо! Прибабахнутый Эдвард КАЛЛЕН!! Ну что за жизнь..."
Губы Беллы дёрнулись. — Да, увидимся.
Джессика понеслась на свой первый урок, то и дело оглядываясь на нас. Мысли в её голове толклись, как рой разъярённых ос:
"Всё, всё расскажет, никуда не денется! Может, вчера они встретились вовсе не случайно? Они вместе? И давно? Надо же, даже слова не проронила! Нет, тут что-то серьёзное, она в него влюблена! Иначе зачем скрывать? Что ещё может быть? Я всё выясню. Не вынесу, если не узнаю. Интересно, она с ним целовалась? Ой, держите меня..."
Тут её мысли стали совсем бессвязными, и в голову ей полезли такие фантазии, от которых я покраснел бы, если бы мог. И не только потому, что Джессика заменила в них Беллу собой.
Нет, это невозможно! И всё же я... я желал...
Я даже себе боялся в этом признаться. На какие ещё неверные пути я заманю Беллу? Какой из них убьет её?
Я встряхнул головой и постарался вернуться в прежнее, приподнятое настроение.