Публика была пестрой. Женщины блестали нарядами времен гражданской войны и огромными камнями, вставленными в ожерелья, серьги и перстни различных форм и размеров, а мужчины щеголяли в обтягивающих брюках и длинных фраках эпохи бидермейр различных расцветок. Некоторые даже держали в руках цилиндры. Вот что, значит, подготовились на славу. На фоне этой разряженной толпы, наши с Кайлом наряды смотрелись слишком просто и современно. Но к счастью мы были не одиноки. Еще несколько пар отличались обычными вечерними одеждами, в частности Алекс и его спутница, та длинноногая блондинка из магазина. На Алексе, так же как и на Кайле, был черный классический костюм, а вот барышня блестела всеми цветами радуги, одетая в короткое переливающееся платье из паеток с накинутой на плечи белой меховой пелериной. Ее ножки обтянули белые ботфорты на высоченной шпильке, а светлые волосы, уложенные голливудской волной, выгодно оттеняли алую помаду. Она переступала с ноги на ногу, облокотившись на предплечье своего спутника. Вот уж кто действительно не вливался в толпу. По-моему, девушка перепутала наше танцевальное собрание с ночным клубом. Я скривилась. Выбор Алекса меня разочаровал. А тщательно создаваемое во время сборов настроение исчезло.
Мы подошли к Тому с его дамой, чтобы поприветствовать последнюю, а затем Кайл закружил меня в танце. Кажется, я танцевала раз пять подряд, и у меня начали болеть ноги от не самой удобной обуви. Партнеры сменялись один за другим и от очередного подошедшего мужчины, я убежала, как от прокаженного, ища глазами Солнышко. Он стоял у столика с горкой шампанского и пил игристый напиток:
- Я устала, - сообщила я своему кавалеру, принимая из его рук холодный бокал и осушая его почти залпом – видимо старею. Раньше мы с подругами могли танцевать всю ночь напролет.
- Даже если и так, то на старуху ты будешь похожа еще очень и очень нескоро, - сказал Кайл, заправляя лезущую в глаза прядь волос, - я отлучусь на пять минут, мне надо в уборную. Не налегай на шампанское, оно может быть очень коварным.
Я провела глазами своего спутника до выхода из шатра и взяла новый бокал. Да, туалет тут был на улице, что делало его посещение очень неудобным, особенно для дам. Хорошо, что в этом году додумались отгородить небольшую часть шатра под гардероб и поставить пару больших зеркал.
- Скучаете, мисс Маер? – раздался за спиной тягучий бархатный голос, вызывающий скопу мурашек в затылке. И почему он так на меня действует?
- Отдыхаю, - ответила как можно нейтральнее я, подавив волнение в голосе и оборачиваясь к собеседнику.
- Надеюсь, ваше рыжее недоразумение не будет против, если я приглашу вас на танец?
Что?! Как он назвал моего парня?! Я уже хотела возразить и отчитать нахала, за столь оскорбительное поведение, но зародившаяся речь застряла в горле – Алекс бесцеремонно взял меня за талию и закружил в танце, абсолютно не дожидаясь моего разрешения. На его губах играла легкая ухмылка, а взгляд необычных желтых глаз оставлял ожоги там, где кожа была лишена защиты платья.
- Ты необыкновенно красивая, - прошептал мне на ухо мужчина, переходя на ты и прижав к себе чуть ближе положенного. Я чувствовала его дыхание на своей щеке и старалась подавить легкое головокружение от его запаха.
- Мистер Грин, вы нарушаете правила этикета, прижимаясь так близко.
- Да? Я совсем не заметил. Прошу меня простить. Трудно держать себя в руках рядом с таким цветком. – он опустил свою руку немного ниже талии, напрашиваясь на хорошую пощечину, - А вы очень правильная девушка, мисс Маер? Или вы боитесь, что дорогой уважаемый Кайл заметит ваш очаровательный румянец?
- А вы не боитесь, что ваша прекрасная спутница сильно обидится, увидев, как вы флиртуете с другой женщиной? – отпустила я в ответ, пытаясь отодвинуться хотя бы на сантиметр.
- Клара? О, хочу вас заверить, она совсем не обидчивая. Эта девушка проститутка, милая моя. А они никогда не обижаются на тех, кто им платит.