— Мне тоже, — рассмеялась я. — Спасибо, что так быстро ответили.
— Я вообще фанатка живого общения. Письма — это прекрасно, но голос — он живой, в нём всё видно. Ну что, рассказывай! Какая у тебя мечта для книги?
Мы говорили почти час.
Роза задавала вопросы с такой страстью, как будто делала книгу для себя:
— Хочешь цветной обрез? Может, фиолетовый? Или тот самый кофейный оттенок, как в названии главы?
— Твёрдый переплёт выглядит солидно, но мягкий — уютнее. Что ближе тебе?
— Иллюстрации? Например, маленькие рисунки перед главами, как каракули из дневника героини?
— А плейлист? Он есть? Я обожаю книги с музыкой.
— А эпиграфы? Мы можем использовать цитаты героини или строчки из текста…
Я почти не замечала, как увлеклась. Рассказывала про свои зарисовки, про главы, которые родились из сна, про тот самый плейлист, который я собирала весь семестр.
Я смеялась. Мечтала. Чувствовала себя живой.
И в этот момент в комнату вошёл Элиас. Тихо. В любимой серой майке. Он подошёл, положил руку мне на плечо и нежно поцеловал кожу над лопаткой.
— Прости, — сказала я, не отрываясь от экрана. — Я занята.
Резко. Сухо. Почти как выстрел.
Он замер. Я краем глаза увидела, как он чуть отстранился, как будто кто-то выключил свет внутри него.
— Извини, — прошептал он. — Не мешаю.
И вышел.
Я застыла. Но не выключила звонок. Продолжила говорить, смеяться, обсуждать будущую обложку, будто ничего не произошло.
Только когда мы с Розой наконец попрощались — она пожелала мне вдохновения и пообещала завтра выслать первую правку — я закрыла ноутбук и оглядела комнату. Она была пуста.
Элиас сидел на подоконнике у себя в комнате, глядя в окно.
— Ты закончила? — спросил он спокойно.
Я кивнула.
Он улыбнулся, но как-то устало.
— Может, съездим в книжный? Возьмём что-нибудь вдохновляющее? Или просто прогуляемся?
— Нет. Я хочу сесть за правку с Розой, пока всё свежее. Думаю, мы будем работать до ночи.
Молчание повисло между нами, как занавес.
— Понял, — сказал он тихо. — Тогда не буду мешать.
Он встал, пошёл на кухню, не хлопнув дверью. Просто… исчез за ней. Тихо, почти вежливо.
А я осталась с чувством, будто где-то в воздухе что-то важное только что надломилось.
И я даже не уверена, заметила ли это вовремя.
Глава 46 - Аля
Часы показывали 01:43.
На экране ноутбука пестрели пометки Розы — то зелёные, то жёлтые, то багрово-красные, будто следы осенних листьев. Мы с ней работали как одержимые: она писала быстро и точно, а я редактировала главы, спорила с собой, переписывала диалоги, добавляла сцены, выбрасывала абзацы, которые ещё утром казались мне идеальными.
На столе остывало третье подряд кофе. В комнате было тихо. И пусто.
В какой-то момент я поняла, что больше не могу. Всё внутри гудело, пульс в висках подсказывал — пора. Я сохранила документ, закрыла ноутбук и провела ладонью по лицу.
Мне не хотелось быть одной.
Это было не про романтику, не про объятия.
Мне просто нужно было его присутствие — как якорь. Как что-то знакомое в этом слишком живом, слишком настоящем дне.
Я встала, накинула худи поверх майки и босиком прошла по коридору. Света нигде не было. Только под дверью его комнаты мерцала тонкая полоска тёплого цвета.
Я постучала тихо.
Не ответил.
Осторожно толкнула дверь.
Он лежал на кровати, полубоком, уткнувшись в подушку. В комнате было почти темно, только экран телефона тускло освещал его лицо — красивое, упрямое, немного колючее. Он листал что-то, и я вдруг испугалась, что это — нечто, куда мне уже нет доступа.
— Элиас… — прошептала я. Он поднял взгляд. — Прости. Просто… я подумала…
— Что? — коротко.
— Можно я с тобой посплю? Не как… ну, просто. Мне тяжело быть одной сегодня.
Молчание. Я ожидала тишины. Или вздоха. Или хотя бы взгляда. Но он ответил сразу.
— Лучше нет. Я хочу поспать один.
Сухо. Без эмоций. Ровно настолько, чтобы стало ясно: это не усталость. Это — выбор.
Я кивнула.
— Поняла. Извини.
Я закрыла дверь так же тихо, как и открыла.
Возвращаясь к себе, я чувствовала, как горло сжимается от чего-то знакомого. Почти детского. Как в те ночи, когда мама забывала сказать «спокойной ночи», и всё внутри казалось забытым.
В комнате было темно. Я легла в кровать, натянула одеяло до подбородка и долго смотрела в потолок.
В голове билась одна мысль:
“Всё же началось.”
И, может быть, я сама это спровоцировала.
А может, это просто мы.
Мы, которые не умеем быть вместе, когда не всё идеально.